Когда мы подошли к газовой камере лагеря смерти Аушвиц I, я долго топталась на пороге, не решаясь войти. Но в наушниках уже слышала строгий голос нашего гида пани Марии, она начала свой рассказ для моих коллег. И я вошла, остановилась, решив далеко не ходить, постоять тут в уголочке. Собственно, идти там было и некуда: большой пустое помещение, на первый взгляд очень просторное. На первый... Но представить, что сюда загоняли 2000 человек, все же непросто. Невозможно представить. Мы разглядывали стены камеры. Рядом с нами они были сильно исцарапаны. Что это? Безмолвный вопрос повис и не решился прозвучать. Догадка у всех, похоже, была одна. Но уточнять не стали. Правда, за оградой, куда посетители пройти не могут, таких царапин не было. Но мы молча решили оставить тайну этих борозд в этом страшном месте и не тревожить ее. И вот на днях я увидела пост на странице музея Аушвиц-Биркенау в FB, где говорилось буквально следующее (в моем переводе с английского): "Это изображение, опублик