Кирилл с тоской догрызал "Войну и мир". Держался он на одном упрямстве.
В школе Кирилл роман Льва Толстого не читал. Пролистал краткое изложение, которое тянуло на полноценную брошюру, и краем глаза посмотрел очередную экранизацию. Правда, его смутило, что Безухова играл афроамериканец... Но что Кирилл знал о жизни в начале XIX века? Может, и был какой цветной дворянин.
Не то чтобы Кириллу нравилось напрягаться. Он был верен молодёжному девизу "Easy Life". Жизнь должна быть лёгкой! Но сдаться и не прочитать роман значило бы, что его слово ничего не значит.
Поэтому Кирилл читал и скрипел зубами. Оксанка приволокла ему немыслимую древность - бумажные книги! Конечно, не раритетные. Когда-то их тоннами печатали в Советском Союзе.
Книги странно пахли. Листы были мягкими и немного шершавыми. Кирилл читал и ничего не понимал.
Он не понимал причин поступков главных героев, хотя они вроде бы объяснялись. Не понимал чувств Наташи Ростовой и её метаний. Иногда она казалась ему ребёнком, иногда дурочкой, иногда - жертвой иллюзий.
Он не понимал автора. Лев Николаевич казался ему гениальным самодуром и обаятельнейшим шовинистом. Обратиться к такому "Лёва" не представлялось возможным.
Кирилл не понимал языка. Казалось бы, роман написан на русском. Но это был какой-то непривычный русский язык! Витиеватый, музыкальный, неспешный, он струился и тёк, и был настолько глубокомысленным, что Кирилл тонул в этих смыслах: слов, фраз, глав...
Автор расписывал свои мысли широко и размашисто. Следить за ними было мучением. Не раз и не два Кирилл с ругательствами отлистывал страницы назад: искал место, с которого всё стало непонятно. Он штурмовал "Войну и мир" и постоянно был вынужден отступать.
"Есть две стороны жизни в каждом человеке: жизнь личная, которая тем более свободна, чем отвлеченнее её интересы, и жизнь стихийная, роевая, где человек неизбежно исполняет предписанные ему законы. Человек сознательно живет для себя, но служит бессознательным орудием для достижения исторических, общечеловеческих целей. Совершенный поступок невозвратим, и действие его, совпадая во времени с миллионами действий других людей, получает историческое значение. Чем выше стоит человек на общественной лестнице, чем с большими людьми он связан, тем больше власти он имеет на других людей, тем очевиднее предопределенность и неизбежность каждого его поступка".
Кирилл тихо взвыл. Он смутно понял, о чём говорил автор. Кира расстроило, что прочитать этот абзац он смог только с третьей попытки.
- Проблема классической литературы в том, - сформулировал Кирилл. - Что в ней слишком много смысла. Реальная жизнь же бессмысленна изначально.
Рассказ содержит личное мнение автора и не направлен на оскорбление чьих-либо чувств.
Данный текст является авторской фантазией на тему жизни в XXII веке.
Все события и персонажи вымышлены.