7 июня 1778 года родился знаменитый денди Джордж Браммел – человек, про которого сам Байрон, якобы, сказал: «Лучше быть Браммелом, чем Наполеоном». (Правда, неясно, что именно лорд имел в виду, учитывая взаимоотношения Англии с императором французов).
…Утверждают, что мир обязан Браммелу изобретением шейного платка – впрочем, по мнению скептиков, он просто первым додумался его крахмалить. Ещё есть мнение, что этот денди ввёл в обиход современный деловой костюм с галстуком… ну, трудно сказать – часто ли мы видим такой прикид на портретах той эпохи?) …Впрочем, неважно – Джордж «Красавчик» Браммел увековечен в истории как законодатель мод, суперзвезда лондонских салонов – и гуру безупречного вкуса.
Сын богатого чиновника (в тогдашней Британии такие водились!) Джордж Браммел поучится в Итоне, Оксфорде – а в шестнадцатилетнем возрасте попадёт на службу корнетом в гусарский полк, шефом которого состоял сам Принц Уэльский. Блистательный юноша приглянулся наследнику престола – став регентом, он перетащит его за собой в Лондон и введёт в высшее общество.
…Тут-то Браммел и развернётся – надо сказать, он не только действительно умел одеваться, но был на редкость остроумен – да и попросту, умён. Вы скажете – этого маловато?.. Видимо, достаточно – высокий покровитель обеспечивал весь необходимый пиар, отец – достойный образ жизни; в короткий срок Браммел становится не только образцом для подражания, но и экспертом, слово которого решает всё!..
(Кстати, само понятие «дендизм» возникло как форма противопоставления уместного стиля одежды устаревшим аристократическим прибамбасам; именно нашему герою приписывают фразу «Хочешь быть хорошо одетым – не надо носить то, что бросается в глаза»).
P.S. …Итак, он блистал и диктовал правила, вся лондонская знать заглядывала Браммелу в рот, его приговора «это – дурной вкус», боялись, как огня. Увы, как водится, праздник продолжался недолго... Постепенно регент к нему охладеет – может быть, как раз из-за этого безапелляционного блеска; между тем Браммел много играл в карты – и, увы, проигрывал. В конце концов, он будет вынужден бежать от кредиторов в уже упомянутый нами сегодня французский Кале, немного покуролесит тут, попадёт в тюрьму, впадёт в нищету, и умрёт в сумасшедшем доме… Но останется – иконой стиля… Впрочем, это – совсем другая история.