У каждого из нас судьба своя, особенная. У кого-то бурная, с поворотами, а для кого-то бури случаются только в рамках своего семейства.
Расскажу про свою тётю Евдокию, мамину сестру.
Ещё молоденькой студенткой она вышла замуж за Василия, необыкновенной красоты (с копной рыжих волос и огненными глазами!) мужчину из отдалённого грузинского села. Он получал в столице второе образование, экономическое, а она заканчивала художественный вуз. Любовь, по маминым рассказам, у них была как в сказке. Влюблённую девчонку не смутило даже то, что её Василий был до неё женат два раза, и от двух браков имел детей, которые все каникулы проводили у него в доме. Ну, дети это святое.
Уехали на Кавказ. Красавец Василий оказался добрым и хорошим человеком, вот только хозяйничала в доме его мама. А он с женщинами не связывался. Он сразу сказал: «Я вас обеих люблю, ничьей стороны держать не буду, постарайтесь поладить сами». Вот такое мудрое решение!
Но его мама, высокая, стройная, с шикарными косами, нестарая ещё женщина, решила новую сноху (или невестку? Всегда путаю!) выучить своим законам, главным из которых было уважение к ней и мужу. Ну, кто спорит-то!
Надо отметить, что она ни слова не понимала по-русски, а тётя, соответственно, не знала грузинского. Общались через Василия.
В первый же вечер свекровь поставила тазик, кувшин с водой и выразительно посмотрела на невестку. Евдокия не поняла. И произошёл такой разговор, передаю его так, как рассказывала потом сама тётя.
Кстати, тётя Евдокия была тихой и скромной, но характер имела твёрдый.
– Василий! Спроси у мамы, чего она хочет. Я не понимаю.
– Дусия! (Он выговаривал имя жены очень мягко, по-своему). Мама говорит про наш обычай: невестка должна каждый вечер мыть ноги свекрови и мужу.
– О, Василий! Ты хочешь, чтобы я тебе помыла ноги? (Говорилось всё очень серьёзно, без тени иронии).
– Да нет. Я и сам себе помою.
– Ты хочешь, чтобы я помыла ноги твоей маме?
– Это уж ты как хочешь.
– Василий. Передай маме, что, если она, не дай Бог, приболеет, я помою ей не только ноги, но и всю её помою. Но она молодая и здоровая. Значит, должна мыться сама. Гигиена – дело личное.
– Хорошо, скажу.
Далее пошла речь, тёте непонятная, но весьма эмоциональная. Так продолжалось дня три, потом всё устаканилось.
Забегая скажу, что, несмотря на разность менталитетов, женщины поладили между собой очень быстро, когда поняли, что у них одна цель – радовать любимого Василия миром в доме, улыбками и вкусной едой. Потом у тёти родился первенец и вообще всё пошло душа в душу. Приезжали и дети от двух прежних жён, и все между собой дружили.
Я как-то спрашивала (она была уже старенькой), не скучно ли ей было после шумной Москвы ограничить себя только семейными заботами. Но она сказала: «Муж всегда позволял мне быть собой»
Так и прожила тётя Евдокия всю жизнь в отдалённом селе, растила детей, потом внуков и писала замечательные горные пейзажи маслом.
Давно нет тёти на свете, но картины её остались! Как и память об их дружной семье.