Призывался Николай Корнеевич Солодков в сентябре 1942-го, когда исполнилось 18 лет. За одним столом отмечались юношеская зрелость и проводы на фронт. Кого из парней предвоенного времени не зажигали слова песни «Эх, тачанка-ростовчанка...». Любил ее и Николай Солодков. Но не думал, что на полях великих сражений будет разить врага с легендарной тачанки. 87-й запасной полк 5-го Донского кавалерийского корпуса, в котором Солодков был первым номером расчета станкового пулемета «Максим» на конной тачанке, вступил в дело осенью 1943-го в составе войск 2-го Украинского фронта. Шел тяжелый бой у Дона в районе Ростова. — Мы атаковали, — вспоминает Николай Корнеевич, — в пешем строю. Противник засел в высокой кукурузе. Его не видно, а мы, как на ладони: пересекали голое поле. Немцы вели шквальный огонь. Не выдержали, залегли наши бойцы. А меня вдруг такая злость взяла, что будто кто-то за воротник от земли оторвал. Вскочил, потянул пулемет вперед, где раньше приметил небольшую высотку. Кричу: «