Глава 7
Вот за оградой уже стало видно людей. Это были женщины и дети, похожие на тех, которых я видел во время праздника у памятника. Они что-то делали с растениями, посаженными в землю. Раньше я никогда не видел, как занимаются земледелием. Я видел только, как моя мама сажает цветы в своей оранжерее на мансарде. Но при этом она улыбалась и весело что-то напевала себе под нос. На лицах же этих людей была какая-то обречённость.
Я остановился, как вкопанный. Остальные, подбежав к ограде максимально близко, начали со смехом кидать камни в людей. Увидев это, многие женщины прикрыли собою детей. Никто не пытался убежать, все просто терпеливо ждали, когда это закончится. Мальчишки же, с которыми я прибежал, кидали камни, стараясь попадать по детям, потому что дети плакали при попадании.
От увиденного у меня перехватило дыхание. Я был не в силах пошевелиться. В ушах звенело, как от сильного хлопка, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет, пробив грудную клетку.
Спустя несколько минут, в далеке появился силуэт охранника.
— А ну-ка, бегом отсюда! — закричал он на бегу, приближаясь к нам.
— Уходим! — скомандовал Гюнтер.
И ватага с криками побежала в обратном направлении.
Я же, оцепенев от охватившего меня ужаса, остался на том же месте. Охранник — старый француз — подскочил ко мне и воззрился в недоумении.
— Что же вы делаете!? — напустился он на меня. — А если кого убьёте ненароком. Разве можно так?! Знаешь, какие сейчас штрафы за это? Родители за такое вас точно по головке не погладят.
— Дяденька я не кидал, — только и смог пролепетать я.
В этот момент я почувствовал камни, которые держал в своих руках. Я сжимал их так сильно, что они впились в ладони, и в некоторых местах содрали кожу.
Тем временем у детишек за оградой прошёл шок, и они начали навзрыд плакать. Матери пытались успокоить их, одновременно ощупывая и осматривая. Убедившись, что травм нет, они просто обнимали своих детей и вытирали их слёзы.
— Я правда не кидал, дяденька! — горло внезапно перехватило, и из глаз сами собой полились слёзы.
— Все вы так говорите, когда вас ловят. Ещё раз поймаю, уши надеру! Тебе повезло что самый маленький. Был бы постарше схлопотал бы у меня! Бегом отсюда!
Вдруг я увидел, как женщина с запылённым и обветренным лицом обнимает ту самую синеглазую девочку. Она плакала, и женщина тоже плакала, прижимая её к себе.
Мне стало действительно плохо: в груди сдавило так, что казалось, сейчас рёбра хрустнут, в глазах потемнело, голова закружилась... Я выбросил камни и со всех ног побежал домой.
стр.7 (стр.6)
(начало)