Если о столице Великобритании мы знаем почти все со школьной скамьи, то лондонцы, в отличие от прочих европейцев, имеют весьма смутное представление о Владивостоке. Собственно, даже европейцами себя англичане не очень-то считают – и не только в контексте брекзита. В этом лично убедилась приморская журналистка Ольга Шипилова-Тамайо, автор книги-травелога «Владивосток и другие мужчины», сообщает РИА VladNews.
Лондон, не тот, что из школьных учебников английского, а реальный, потрясает воображение при первом же знакомстве. Фразы из топиков перестали для нас быть скучными словосочетаниями, когда мы воочию увидели величие и оживленность Букингемского дворца, мистический Тауэр, где сходятся в одной точке древность и современность, великолепный собор Святого Петра и мощную Темзу. А главное, не обманули топики из школьных уроков: англичане действительно naturally polite – естественно (и чрезвычайно!) вежливы. Но! Не стоит широкой русской душе вестись на милоту джентльменских и ледиевских манер. С вежливости начинается любое общение в Лондоне и на ней же останавливается. Тем более, если вы иностранцы.
Из опыта посещений Франции и Бельгии, Чехии и Сербии, Кипра и Монтенегро мы вынесли то, что европейцы разных наций весьма общительные, дружелюбные, вполне расслабленные, легко идут на контакт и с удовольствием позируют вашей фотокамере. Особенно, если сказать им, что вы аж из Владивостока. Еще с вами самими попросят сфотографироваться! Так вот, увидев группу нарядных девушек-англичанок, делающих селфи, я не смогла удержаться и вежливо, в английском стиле спросила разрешения запечатлеть их на свой смартфон. Ради дружбы народов и исполнения своего журналистского предназначения. Я была тогда одна, а их, красоток много. Но они жутко перепугались! Даже не сразу поняли, что я всерьез. «Ах, нет, что вы, что вы! Мы вас не знаем, вы нас не знаете. Простите, конечно, великодушно, но о фото нас вами не может быть и речи! Конечно, в другой раз – обязательно» - и девушек просто сдуло с их точки для селфи. Оказалось, что обычаи европейского континента – они не приняты в островной Великобритании. «Там в Европе свое, а у нас свое», считают англичане, отделенные от всех морями.
А когда мы говорили местным, что приехали в Лондон через Брюссель на поезде, курсирующем под Ла Маншем, в их вежливых глазах возникало недоумение. Что такое Ла Манш, вообще? А, извините, пожалуйста, это же то, что на самом деле Английским каналом называется! И, что-что, простите, Владивосток? Круто!.. Но не совсем ясно, что это, сорри.
Зато порадовали нас, владивостокцев, уличные поэты. На набережной Темзы перед музеем Тейт Модерн в теплый денек они сидят, одетые с иголочки, в шляпах, этакие аристократы слова с папиросками в зубах. И строчат стишки на механических печатных машинках – прохожие покупают их вирши за любую удобную для себя цену. Купили и мы себе лондонского поэта на 15 минут. Именно столько времени у одного из них ушло на то, чтобы сваять строки в стиле Маяковского, но на английском. Правила игры такие: говоришь исходное слово, а поэт тут же вдохновляется и выдает тебе целый стих с этим словом в зачине.
- Ваше слово, пожалуйста, господа.
- Владивосток, - только и сказали мы. Уже думая, что придется пояснять уличному творцу, что это такой город на самом востоке России… Нет, не пришлось!
Уточняющих вопросов не последовало. Поэт сразу же сосредоточился и застрочил. Когда мы читали свежеиспеченную поэзию, были приятно удивлены: в сюжете лондонского автора по долинам и горам скакал казак. Во Владивосток, само собой! А так же, согласно стихотворению, во Владивостоке бывал когда-то и «…брат, который привез оттуда в подарок одну лишь паршивую футболку». Позабавило.
Пребывая в потрясающей британской столице, тем не менее, мы, наконец, оценили фразу, услышанную от человека из Туманного Альбиона, который променял Лондон на Белград: «Самое лучшее, что мы, англичане можем делать в публичном пространстве – просто игнорировать друг друга».
