Сегодня я невольно обернулась вслед одной зрелой женщине. Ей было лет 60-65, и она была безумно, завораживающе красива.
В облике дамы не было того отчаянного, инфантильного, запоздалого кокетства, которое вызывает в смех или тайную жалость прохожих. На ней были простые туфли на низком каблуке, комфортные, лёгкие и максимально удобные. Она не была стройна, как Джейн Фонда, а, напротив, казалась даже слегка пышноватой в бедрах. Однако при этом у неё была выраженная талия и изящные, крепкие, тренированные лодыжки. На ней было простое платье и натуральной ткани, в непритязательный цветочек. Его освежал лишь ремешок, подчеркивающий изгиб фигуры, и нежное кружево отделки.
Волосы у дамы были не короткие, но и не длинные, русалочьи, а примерно до плеч, но ухоженные, красивые и густые. Из украшений – эффектные часы на руке, стильные, но не вычурные темные очки, и соломенная шляпка.
Она шла неторопливой, но уверенной и легкой походкой. Никуда не торопилась, не дёргалась, не стреляла глазами. Радостно смеялась, дотрагиваясь иногда до руки своего спутника – импозантного высокого седовласого джентльмена. Болтала о чем-то непринужденно, беспроблемно и весело.
Она не делала ничего особенного, однако глаза всех прохожих были устремлены в её сторону. Всё-таки невыразимая прелесть есть в женщине, которой больше не нужно ничего никому доказывать.