Мне было семнадцать лет. И я впервые в жизни наблюдала медленное угасание близкого и дорогого мне существа – нашего пса, эрдельтерьера по имени Юрген.
Меньше десяти лет назад я, веселая первоклашка, с хохотом носилась по квартире, и черный с рыжими пятнышками комочек юности и счастья носился за мной. А теперь Юрген ходил медленно, опустив голову, вяло переставлял лапы, измученный болезнью и болью. И спасти его было невозможно, Неоперабельная онкология.
Как так получилось, что я вдруг принесла в дом, пропитанный скорбью и ожиданием утраты, котенка, даже для меня остается загадкой. Это было какое-то наваждение. Но, тем не менее, наваждение это в нашем доме осталось, прижилось и провело со мной счастливые (для меня – точно счастливые) четырнадцать лет.
Принесла я в квартиру маленькую, пока еще безымянную, кошечку. И решила, что будет лучше, если я поселю котенка в своей комнате, чтобы не пересекалась малышка с умирающим псом.
Оно всегда так бывает. Человек принимает решение. А животные делают все по-своему.
Вот и наши звери положением дел остались недовольны. Выходя в коридор, я все чаще замечала, что Юрген лежит не в своем углу на уютном суконном коврике, а под моей дверью, носом прямо к комнате.
Тесса же, как оказалось, шарила лапами в щели под дверью. И кого бы она пыталась таким образом достать из коридора?
Окончательно все прояснилось одним вполне уютным вечером. Я читала книжку, Тесса гоняла по полу контейнер от «киндер-сюрприза», Юрген лежал под дверью, прислушиваясь к возне кошачьей малявки.
Не знаю, что хотела сказать мама, входя в комнату. Но сказать она это не успела. Потому, что, как только мама открыла дверь, в эту самую дверь выкатилась игрушка Тессы, а следом выскочила и сама Тесса.
И раздался самый страшный звук, который может раздаться в такой ситуации – собачий рык.
По-моему, в коридор я все-таки телепортировалась. Потому, что не помню, как бежала.
В картине, представшей нашим взорам, ничего ужасного не было. Азартно порыкивая, старичок Юрген неловко катал лапой Тессину игрушку, а Тесса примеривалась, как бы отобрать свое имущество у пса.
Прожил Юрген после появления Тессы недолго, не больше месяца. Но, думаю, малышка неплохо помогла ему. Потому, что вместо того, чтобы лежать в углу и, терпя боль, ждать, когда же этот ужас, наконец-то, закончится, пес развлекался, наблюдая за шебутным кошачьим детенышем, и ждал возможности поиграть с выбежавшим в коридор котенком.