- Друзья? Элла у тебя есть друзья?
- Да. Я так называю коллег по работе. Мы с ними переодически обмениваемся в WhatsApp разными прикольными видео из YouTube.
Связь сестёр-близнецов показана Стоуном особенно. Не смотря на время и разрыв, они как тени друг друга. А в какой-то момент превращаются в тени других героев. В тоже время они словно части одной личности: Я-взрослый и Я-ребёнок.
Будто надвое расколотое сознание.
Гунхильд как капризное дитя. Требует вернуть игрушку {сына}, истерит, заламывая руки и переходя на ультразвук.
Гунхильд: Эрхард, я растила тебя!
Эрхард: Мама, меня растила тётя Элла..
Гунхильд: Нет! Я кормила тебя!
Эрхарт: У нас готовила кухарка, мама.
Гунхильд: Но я делала тебя бутерброды.
Эрхарт: Кухарка! Делала. Мне. Бутерброды. Ты совершенно не умеешь готовить.
Гунхильд: Хорошо.. Но я платила кухарке.
Элла: Гунхииильд! Это Я платила кухарке!
Элла наблюдает за происходящим в доме, вступая в разговор лишь в особых случаях. Она спокойна, рассудительна, последовательна. Ровно до того момента, как Йун рассказывает ей о своём настоящем преступлении. Предательство их чувств. Тут эмоции захлёстывают и её. Элла не понимает, как можно было продать их отношения за должность в банке.
Стоит отметить, что Боркман изначально обвиняет Эллу в крахе его грандиозных планов. Если бы только она согласилась ответить взаимностью на ухаживания адвоката Хинкеля, тот бы не выдал Йуна под суд. Банкир уверен, что ему хватило бы и 10 дней, чтобы провернуть сделку и обеспечить будущее. А потом можно было бы и Эллу себе вернуть.
Боркман: О, эти женщины! Они портят и усложняют нам жизнь! Коверкают всю нашу судьбу, весь наш победный путь!
Фулдал: Не все же!
Боркман: Не все? Так назови мне хоть одну достойную!
Фулдал: То-то и есть, – я знаю лишь немногих, а из них нет ни одной такой.
Боркман: Так велик от них прок, если и есть такие женщины… да их не знаешь!
Второй укол Элла получает от юного Боркмана. Когда Эрхарт, её Эрхарт уезжает с Фанни, вместо того, чтобы провести пару месяцев у смертного одра приёмной родительницы.
Воссоединение сестёр случается после смерти Йуна. Они остаются одни. «Теперь мы вдвоём. Мы снова вдвоём». Столько в этом спокойствия. Надолго ли?..
Если Вам нравятся мои тексты, не забудьте поставить пальчик вверх или оставить комментарий. Мне будет приятно))