В 1558 году, в ходе Ливонской войны, русским войскам удалось после осады захватить балтийский город-крепость Нарва, отвоевав себе впервые выход к Балтийскому морю. Стала крепнуть русская морская торговля с сопредельными странами. Но вот боевых кораблей у русских на Балтике не было, да и откуда им было взяться? Прошёл год, и в Ливонскую войну вступили враждебные русским Польша и Швеция, чьи военные корабли начали безнаказанно грабить торговые суда с русскими товарами.
Для защиты своей морской торговли люди русского царя Ивана Грозного подрядили датского подданного, немца по имени Карстен Роде, в качестве капера (капитана), подчинявшегося Московии. В распоряжении К. Роде был предоставлен небольшой, но отлично вооружённый боевой корабль - пинка, с тремя тяжёлыми и десятью лёгкими пушками, а также восемью пищалями и двумя кирками для прорубания бортов вражеских кораблей. Команда пинки составляла 35 человек.
В июне 1570 года, снабжённый каперским патентом, выданным за подписью самого Ивана Грозного, Карстен Роде, корсар на царской службе, вышел в море. Вскоре он уже захватил у острова Борнхольм шведский лёгкий парусник - буер с грузом соли. К июлю под командованием К. Роде находилось уже три корабля с 33 пушками. Грозная сила! А к сентябрю силы капера Ивана Грозного составляли уже шесть кораблей, экипажи которых частично состояли из датчан - союзников Московии в Ливонской войне, а частично - из русских стрельцов и пушкарей.
Пренебрегая условиями каперского контракта, согласно которому все трофеи должны были идти в московскую казну, а каперам причиталось лишь фиксированное жалованье, К. Роде продавал взятое с боя на острове Борнхольм и в Копенгагене, сторонясь находившихся под контролем русских Нарвы и Ивангорода. Убытки Польши и Швеции в результате действий смелого капера были столь велики, что на его поимку были выделены специальные эскадры.
Однако в сентябре 1570 года начались датско-шведские переговоры о выходе Дании из войны. К. Роде, бывший датским подданным, тут же превратился для короля Фредерика II из союзника во врага, так как от боевой работы его эскадры датская казна начала получать прямые убытки. Не прошло и месяца, как К. Роде был по ложному обвинению арестован в Копенгагене, его корабли конфискованы, а команды разогнаны.
Иван Грозный дважды, в 1571 и 1573 годах, пытался облегчить участь своего капера, обращаясь с письмами к королю Дании, но датчане были непреклонны: К. Роде содержался сначала в тюремном замке Галль, а затем был переведён в Копенгаген. Режим содержания его в тюрьме был "курортным", с вкусной едой и питьём. Как он закончил свои дни, неизвестно.
Как показывает пример Карстена Роде, даже успешный капер, обладающий самым действенным патентом, может в один момент оказаться вне юрисдикции своего патрона. После чего можно уповать лишь на милость датского короля.