Найти в Дзене
Умна не по годам!

Крылья

У Анфисы Викторовны начали прорезаться крылья. Они кололись, резались, чесались, не давали спокойно спать. Да и ладно бы дискомфорт, но что подумают люди? Будут же пальцами показывать на неё, смеяться. Будут говорить "смотрите-смотрите, ангел с небес спустился!". И говорить это будут ехидно, без доли благоговения. А ведь Анфиса и вправду ангелом была. Дочери своей замужней написала дарственную на свою двухкомнатную квартиру, хотя у зятя была своя однокомнатная. Молодые свою однушку продали и прокутили эти деньги по курортам да гулянкам. Сама же Анфиса поселилась у своего неженатого сына. Ему квартира ещё от бабушки досталась, так он в ней и живёт, и в ус не дует. Уж очень боялась Анфиса притеснить сыночка, но ничего, тот был только рад такому соседству. Мать его обстирывала, обглаживала, кормила, деньгами помогала. Хорошо устроился, нечего сказать! Ни одна женщина так бы не согласилась, а тут родная мать. Ей велено быть прислугой. Да и покойного мужа Анфиса всегда из бед выручала. Бе

У Анфисы Викторовны начали прорезаться крылья. Они кололись, резались, чесались, не давали спокойно спать. Да и ладно бы дискомфорт, но что подумают люди?

Будут же пальцами показывать на неё, смеяться. Будут говорить "смотрите-смотрите, ангел с небес спустился!". И говорить это будут ехидно, без доли благоговения.

А ведь Анфиса и вправду ангелом была. Дочери своей замужней написала дарственную на свою двухкомнатную квартиру, хотя у зятя была своя однокомнатная. Молодые свою однушку продали и прокутили эти деньги по курортам да гулянкам.

Сама же Анфиса поселилась у своего неженатого сына. Ему квартира ещё от бабушки досталась, так он в ней и живёт, и в ус не дует.

Уж очень боялась Анфиса притеснить сыночка, но ничего, тот был только рад такому соседству. Мать его обстирывала, обглаживала, кормила, деньгами помогала. Хорошо устроился, нечего сказать! Ни одна женщина так бы не согласилась, а тут родная мать. Ей велено быть прислугой.

Да и покойного мужа Анфиса всегда из бед выручала. Без работы на её шее он десятый год сидел. А как помер он, устроила ему шикарные похороны, наскребла. На свои копила, но ничего, накопится ещё.

Думала Анфиса о своих крыльях и о том, сколь мало добрых дел она делает. Перекрестилась и спать легла. А на утро полетела она через распахнутой в дальнюю высь, выше всех небес.

И думала она в полёте: "пропадут же они, родные мои, без меня...".