1983 год. ГДР, Стендаль. В ГДО офицерам и их семьям «крутят» кино с немецкой фильмотеки. «Любовник леди Чаттерлей». Фильм на немецком языке. Между забитыми людьми рядами на стуле с микрофоном и усилителем сидит переводчица комендатуры. «О-о-оо!» - говорит на немецком Сильвия Кристель, будущая Эммануэль. «О-О-ОООО!!!» - говорит на русском переводчица.
Хорошо, что она вдруг из декрета вышла, а то меня бы заставили за Эммануэль охать. Сам виноват, 10 лет учил немецкий в спецшколе. Кроме нас в гарнизоне немецким владеет только один человек – Иннокентий, спецпропагандист из штаба дивизии. Это он, случись с НАТО заваруха, должен доходчиво объяснять на передовой в усилок неправильным, западным немцам, что им «капут». И не перейти в запарке на русский устный… Словом, на немецком нашему штабному лейтенанту Иннокентию надо говорить бегло даже под беглым огнем. И с немецким у него полный порядок – «двухгодичник» из МГИМО.
Только вот, не сможет Иннокентий ни на передовой агитировать, ни за Эммануэль в ГДО охать – заикается, жуть как. Так что, хорошо, что комендатура не подвела…. Это, впрочем, отступление.
1990 год. ФРГ, Стендаль. В ГДО офицерам и их семьям «крутят» опять какое-то «О-ооо-ооо!» с новой переводчицей. Зал почти пустой. Это «О-ооо-ооо!» можно и дома посмотреть, бесплатно, по немецкому ТВ. А билет в ГДО стоит две западные (!!!) марки. Вот и не идут люди.
Я в ФРГ по делу. Завершаю финансовую операцию, которую вслед за мной прокрутила КПСС. «Инвалютные рубли пятой категории», марки ГДР, сотнями миллионов лежали на счетах советских предприятий, большей частью, на наших, уральских. Горбачев «объединил» Германию, Рыжков забрал указом Совмина у предприятий «инвалютные рубли», пообещав компенсацию в рублях обычных… Кстати, Лигачев говорил правду, не было никогда никакого «золота партии». Были рубли, взносы партийные. Рубли стали марками восточными. Марки ушли в ГДР, на спецсчета, согласованные с Хоннекером, став через полгода западными. Плата за объединение. Синергетика, всеобщая выгода. Но радовалась КПСС не долго. Эрика привезли в Беелицкий госпиталь. Подлечиться, поговорить. Охраняли хорошо. И он, в конце концов, поделился информацией, с кем надо. И КПСС отпала, "выпала из окна".
Я оторвал от этого «пирога» совсем чуть-чуть, хотя и был автором рецепта… Николай Кручина, Георгий Павлов, Дмитрий Лисоволик – вот они знали все расклады, кроме мизерных, моих. Еще одно отступление, все, теперь только о кинопрокате!
Словом, говорят мне мои друзья, сослуживцы бывшие: "Так эта порнуха достала! Сейчас бы наш фильм, советский! Хоть "Ленин в Октябре!" Все бы пошли, ГДО "битком" бы был забит!!" И тут я вспоминаю, как намедни по ТВ рассказывали про новый российский фестиваль "Некупленного кино", позднее - "Кинотавр"...
Первым делом, вернувшись в Союз, звоню в офис «Кинотавра». Хочу, мол, с Марком Григорьевичем Рудинштейном встретиться. «А вы кто», - вежливо интересуется секретарша. «Да никто! Просто идея у меня хорошая!» И такой игривый, московский голосок радостно мне щебечет: «Это отлично! Марк Григорьевич любит идеи! Я вас соединяю!»
Рудинштейн сразу не понял, что я в Москве. Чуть ли самолет за мной не послал в Германию, так его слова моих друзей обрадовали. Долго разговаривали у него в офисе. «Фонтанировали» оба… Марк Григорьевич выписал мне мандат, что я представляю «Кинотавр» в Германии, уполномочен на то и се. Пригласил на фестиваль… На другой день я уже вел переговоры с Политотделом ЗГВ в Вюнсдорфе. Там – все, как обычно, «дайте нам список фильмов на утверждение»… Передал все контакты сотрудникам Рудинштейна, вроде, все у них получилось.
А сам я ветеранам-"афганцам" помог прокатать по ЗГВ фильм свердловской киностудии «Груз 300». Они деньги собирали на лекарства, шприцы одноразовые. Всюду полные залы.
И вспомнил я про переводчицу с микрофоном... Приехал в Гамбург, зашел в министерство культуры, предложил демонстрацию фильма организовать с моим живым переводом и дискуссией о "неизвестной войне"... Немцы согласились радостно. Бесплатно зал пообещали, рекламу.
Но "афганцам" моим к тому времени ни немцы, ни я (это без обид) уже не нужны были. Столько бывших сослуживцев нашлось, такие встречи, воспоминания... Так что, не удалось нам подискутировать об интернациональном долге с рабочими гамбургских верфей…
Ну, а в завершение - об экономике, про прокат "в двадцать раз выгодней". В СССР тогда билет в кино стоил на вечерний сеанс 50 копеек (на дневной и вовсе 25). А две западные марки по реальному курсу – это 12 рублей. Так что, могу сказать, опираясь на личный опыт, кинопрокат – это очень выгодно! Надо просто знать, где, когда и, главное, что «катать»!
Подписывайтесь, ставьте лайки! Фильм хочу снять, не хватает денег. Немного, миллионов пятьдесят... Хороший фильм, вам понравится!!!