Не только рассеянный склероз «украшает» мою жизнь уже более 20 лет. В марте 2004 года умудрилась сломать позвоночник. Что, разумеется, существенно ухудшило качество этой самой жизни.
Обо всем по порядку. В 2004 году ходила еще абсолютно самостоятельно. Даже без трости. В связи с начавшимся гололедом старалась, чтобы до работы провожал сын. Однажды что-то он подзадержался в школе. Постояв на крылечке подъезда некоторое время, приняла решение идти сама. Надо сказать, что работаю я с детьми, руковожу детским самодеятельным театром. Представить, что пропущу занятие, было невозможно. Мобильного телефона тогда у меня не было. Как и домашнего. Двинулась. Работаю близко (здоровому человеку минут 10 пешком). Чтобы сократить путь, зашагала дворами.
Гололед ужасный был. Тротуары возле домов не чистили. Лед под слоем грязи и воды. Рухнула во дворе соседнего дома. От боли потеряла сознание. Минут через 10 сердобольные соседки кое-как подняли, дотащили до квартиры, со своего телефона дозвонились мужу. Он примчался. И началось.
Первый же рентген показал перелом позвонка. Травматолог заявила: «Аппарат плохой. У Вас остеохондроз». Почти 2 недели мотались по врачам. Боль была такая, что в итоге я могла только скулить.
Наконец приехали в нейрохирургическое отделение, заведующим которого оказался дядя моего выпускника. Он договорился со своим знакомым. Сделали КТ в военном госпитале(!). Компрессивно-оскольчатый перелом 3-х позвонков, нижнего грудного и двух верхних поясничных. Остеохондроз, блин!
Дальше опять была история: отказывалась я ложиться в больницу. Муж уговаривал. Не уговорил. Врач уговаривал. Не уговорил. Друзья уговаривали. Тщетно. Боль заставила.
10 дней, не шевелясь, лежала на спине. Когда через 10 дней подошла к окну и посмотрела на улицу, заплакала навзрыд.
Заковали меня в корсет. Год нельзя было сидеть. Только лежать, стоять или ходить. Стоять и ходить в корсете весом примерно 2 кг.
Но и перелом позвоночника принес некоторые плюсы. Я сумела победить бюрократический орган. А именно бюро МСЭК. До того у меня была 3 группа инвалидности. Придя на переосвидетельствование осенью, я слышу: «1 группа, запрет работать». Истерика ничего не дает. Тогда я написала заявление с требованием не лишать меня работы. Были какие-то долгие разбирательства, заседания, другие комиссии.
В общем, я победила! Сохранила любимую работу режиссера детского самодеятельного театра. Полгода вела репетиции, лежа на составленных стульях.
Таким образом, к диагнозу «рассеянный склероз» добавился «перелом позвоночника». С тех пор живу, постоянно ощущая боль в спине.
Вспоминается пожилая медсестра (во время эпопеи с отстаиванием права на труд), которая сказала: «О! Я в молодости, лет 25 назад, тоже позвоночник ломала»!» Я с надеждой спросила: «Долго болел?» Она улыбнулась: «Так всё еще болит».
В общем, я оказалась готова.