История афганской войны от первого лица. Автор – Петрищев Николай Михайлович: лейтенант, командир взвода подвоза боеприпасов,
1 рота, 1003 ОБМО (отдельный батальон материального обеспечения),
Баграм, 1983-1985 – годы службы.
Не всегда доставка боеприпасов проходила спокойно. В этот раз не обошлось без обстрела.
Колонна 151. 1985 год. Загрузились боеприпасами для полка, который находился в Пандшере. В то время между собой мы называли этот полк «Кошкин дом», по фамилии тогдашнего командира полка.
Колонна стояла в Джабаль-Уссарадже и ждала боевого прикрытия. Должны были подойти БТР и БМП с Пандшера и две вертушки с Баграмского аэродрома.
Колонна состояла из тридцати машин, через каждые 2-3 машины должны были идти БМП или БТР для прикрытия. Подошло боевое охранение, ждали вертушки.
Один из механиков-водителей БМП попросился посидеть в КАМАЗе, после сказал: «Как вы ездите в этих аквариумах, никакой защиты ведь нет?!»
Вскоре у командира роты послышалось в рации: «Полста первый, я – воздух, прибыл к вам на сопровождение». Колонна начала движение.
Вошли в ущелье, дорога узкая: слева – скала, справа – горная речка, и кругом горы. Удачно преодолели блокпост десантников, прошли так называемый тещин язык.
Почему «язык»? – потому что дорога делала изгиб, похожий на язык. А «тёщин» – на нём эпизодически обстреливали колонны, не смотря на то, что он был усилен несколькими БМП и танками.
До «Кошкиного дома» оставалось километра три. Справа, через речку, на склоне находился кишлак. Оттуда послышались выстрелы. Впереди колонны что-то громыхнуло, машины встали. Со мной в замыкании ехала зенитка, зенитчиком как всегда был санинструктор. Он сел за зенитку и начал методично обстреливать кишлак.
Вертушки открыли огонь. У зенитчика вскоре закончились патроны, он под огнем душманов перезарядил зенитку и продолжил стрелять по огневым точкам духов. Через некоторое время обстрел начал стихать, но мелкий стрелковый огонь продолжался. Необходимо было выводить колонну из-под огня.
Я двинулся в голову колонны мелкими перебежками от машины к машине. Один из водителей, лежащий под КАМАЗом между мостами, крикнул: «Товарищ лейтенант, стреляют с двух сторон!»…
Сердце ёкнуло, но продолжил движение в голову колонны. Между следующими машинами было расстояние метров 100, прикрыться хоть с одной стороны было нечем.
Постучался прикладом автомата в БТР, открылся боковой люк, я спросил: «Чё не стреляете?» – ответили, что заклинил пулемёт.
Попросил их проехать вперед, чтобы прикрыться от обстрела. Так, потихоньку, добрался до машины ПХД, которой из гранатомета попали под кабину, и она перекрыла движение остальной колонне. Её водитель уехал на другой машине, забрав ключи. Другие водители лежали кто за камнями, кто под КАМАЗами.
Даю команду «по машинам». Бойцы прыгают в КАМАЗы и, объезжая ПХД, уезжают из-под обстрела. Подъехала моя машина замыкания, я взял ключи камазовские, в надежде завести поврежденный КАМАЗ (ПХД).
К моему удивлению, он завелся, но воздух не качал, т.к. были перебиты воздушные трубки. Со стороны кишлака продолжался стрелковый огонь. Включив первую пониженную передачу, я начал движение, по кабине щелкали пули. Через сотню метров навстречу мне ехал танк, который послали эвакуировать подбитый ПХД. Я сказал, что помощь не нужна, и благополучно добрался до «Кошкиного дома».
На стоянке посчитались. Потерь нет, раненых нет. Выведен из строя ПХД. Куча дыр от пуль в машинах. Прострелено 15 колес. И всё это благодаря воздушному, наземному боевому охранению, а также умелому действию наших бойцов.
Если статья вам понравилась, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, пишете комментарии. Спасибо за внимание.