В век фотошопа даже из самого ординарного снимка можно сварганить что-то фантастическое, введя туда что угодно и красиво обработав. Такие коллажи я не очень люблю. Все же считаю, что фотография должна в первую очередь запечатлевать действительность. Обмана и без того в нашей жизни слишком много.
Но когда фотограф создает коллаж, в котором эта самая коллажность откровенна и при этом смещает первоначальное изображение в совершенно иную плоскость, придает ему новый смысл - это может быть интересно.
Вот, например, увидел коллажи питерского фотографа Вадима Соловьева. И не смог пройти мимо - посмотрел все. Некоторые из них меня чем-то зацепили. Есть в них что-то щемящее, трогающее душу. То ли родная до слез затрапеза Петербурга, то ли эта промозглость снежного города...
Сам Соловьев сказал в интервью, что он начал выстраивать свой фантастический Петербург, где обитают монстры и существуют странные технологии, чтобы уйти от рутины повседневности. Он работает арт-директором в рекламном агентстве.
Абсолютно узнаваемый заброшенный угол какого-то промышленного здания. Неуместно выглядящая в таких обшарпанных декорациях модно одетая молодая женщина. И уже совсем фантастическая гигантская рептилия, высунувшаяся из водосточной трубы и тянущаяся к протянутому яблоку. Что мне нравится в этой сцене, так это обыденность происходящего.
Фотограф создал ситуацию, в которой действительность и выдумка перемешаны в нужной пропорции, поэтому веришь ей, как истине. С такой же спокойной доверчивостью эта девушка могла бы кормить бездомную собаку. Это коллаж, в котором я чувствую нотку пронзительного одиночества.
Банальнейший спальный район Питера, чуть ли не Купчино, и чуть ли не тот дом, где я жил некоторое время у подруги. Вид из окна кухни, где стоял стол, за которым мы по вечерам пили чай, был точно такой же. Или похожий. Там любой вид из любого окна выше пятого этажа будет таким, не отличишь. Но никакие гигантские бабочки не летали в небе, конечно, тем более, зимой.
А тут, на коллаже Соловьева - летают. Нормально. Ну летают, да. И у меня ощущение, что я сижу у окна той кухни и смотрю на них. В какой-нибудь воскресный день.
А когда я жил в Петергофе, сколько раз ждал на платформе электричку, не сосчитать. Только электрички тогда были другими, и не прилетали с неба. В фантастическом Петербурге Вадима Соловьева они похожи на воздушных змей. Никакого рационального объяснения подобному транспорту нет. В этой беспокоящей алогичности есть один стабильный момент - пожилая женщина с палочкой, ждущая поезд. Похоже, он идет по расписанию. Правда, непонятно - зачем нужны рельсы летающей стальной гусенице?!
Абсурд и глупость, а я будто вижу себя, не попавшего в кадр, стоящего за этой седой дамой.
А тут все происходит на земле. Обыденно, просто, буднично. Моя полиция меня бережет. Мишка на страже. Нормуль! Петербургская зима с ее влажными ветрами, вечный фон нескончаемого насморка... Редкие дни, когда можно пройтись по белому снегу, еще не превращенному в грязную кашу или рыхлую мокрую массу. Эй, командир, все в порядке? Ничего не случилось? Да я тут просто мимо иду... Хороший у тебя медведь, дельный.
Я пишу о том. что меня удивило. Удивитесь вместе со мной! Подписывайтесь на мой канал. Жмите на "поделиться".
Читайте еще на моем канале: