А во стольнем городе во Киеве А у ласкового князя Владимира
А было пированьё-стол, почестён пир,
А про многих хрестьян, про русских бояров
А про тех же про русских богатырей.
(Василий Казимирович и Добрыня)
Былины — «одно из самых замечательных явлений русской народной словесности». В них живость описания, картины ушедшего быта, элементы исторической достоверности. Образы былин вдохновили русских художников (Васнецов, Репин), поэтов (Державин, Херасков), композиторов (Римский-Корсаков, Аренский) — историков (Татищев и Карамзин).
Зато научная полемика вокруг былин нередко переходила в идеологическую грызню, где подчас мошеннически использована подмена сюжета и формы.
Слово «былина» ввел в оборот фольклорист и этнограф И. П. Сахаров (1807–1863), взяв его из «Слова о полку Игореве». В народном быту, у сказителей (сказателей) былины известны как старины или старинки, что уже само по себе говорит, если не о древности самих былин, то о древности былинных сюжетов.
Поиски былин, их записи, первые опыты изучения идут от начала 17 века. К началу 20 века найдены, записаны, опубликованы почти 400 былин только Киевского цикла.
С былинами Новгородского цикла все же легче. Они недвусмысленно говорят сами за себя. Очевидна их привязка к Новгородской земле, ее природе, быту новгородцев дней его независимости. Они чуть ли не документально передают быт новгородцев.
Эти былины (или былинные сюжеты) появляются, как полагают, в 11-12 вв. в Новгороде и новгородцы разносят по Русскому Северу. Здесь в глуши, среди сравнительно этнически однородного населения сложились идеальные условия сохранения былин (или былинных сюжетов) среди людей, обладающих врожденной поэтичностью спокойных, добродушных, уверенных в себе.
Но иначе думают об этом Марьяна и Зоряна Лановик (Львов, 2000). Из героев былин Новгородского цикла их внимание привлек один лишь Василий Буслаев, в поступках которого они увидели «відображення російської ментальності».(отражение русской ментальности)
Васька Буслаев — хулиганистый малый. Семи лет от роду он похаживает по городу и «шуточки пошучивает:
Кого хватит он за руку,
Руку рвет из плеча он вон;
Кого хватит он за ногу,
Ногу рвет из ходилов (!) вон;
Кого хватит за головешку,
Головой вертит, будто пуговицей...»
Известно, тем не менее, в том числе и Марьяне с Зоряной, что героями Новгородских былин был не один Буслаев. Был еще и Садко, отважный мореплаватель, предприимчивый купец, искусный гусляр. Была чуть ли не всеобщая грамотность, высокое строительное искусство. Это и есть «відображення російської (новгородской) ментальності». А облик Буслаева — это в конечном счете шутка, гротеск, нечто в духе Ф. Рабле: может ли мальчик семи лет вырвать ногу из ходала у здорового мужика?
Так сегодня начинают игры играть вокруг былин.
Больше проблем ставит история и жизнь былин Киевского цикла.
Беспредметный, а следовательно, безрезультатный поиск былин в украинской литературе и фольклоре с лихвой перекрывается нагромождением конструкций с идеологической окраской. Как раньше, так, тем более, теперь...
Былины намеренно отрывали от украинской культуры — обосновать первозданную непорочность и отдалить от культуры великороссов (М. Драгоманов, П. Житецкий) или, наоборот, называли их украинским эпосом (М. Грушевский и его последователи нашего времени).
При этом яростным нападкам подвергался М. Погодин, который задался одним простым вопросом — почему былины о стольном граде Киеве сохранились в чужой Московии, но никак не на территории Украины?
Ответ прост — создатели и хранители былин после татарского нашествия ушли на север, где былины нашли вторую родину. В опустелые места пришли люди иной культуры. Чуждые давней традиции. Это простое и наглядное доказательство того, что Киев колыбель трех государств.
Но многих современных историков весьма беспокоит, что как ни крути, а у Украины с Москвой общие корни.
М. Плисецкий (1963 г.) указывает: «...доказательств генетической связи дум с былинами не найдено...жанры можно сравнивать, но ...не употреблять». Между тем, здесь, как и во многих подобных случаях, причина противоречия попросту в смещении понятий сюжет и форма былины.
Былины, рожденные на юге в соответствующей обстановке на новой родине — на Русском Севере — приобрели иную форму. И в этой форме становятся нам известными. Таким образом, сюжет не может объяснить, почему былины не известны на их родине. Сюжет не может быть доказательством и по другой причине сходные — сюжеты могут быть обнаружены в эпосах народов, отдаленных временем и пространством. К тому же известны и «бродячие сюжеты». К примеру, знаменитые сюжеты «Калилы и Димны» от хинду перешли к арабам, от арабов к византийским грекам, от них к великороссам...
Другое дело — форма. И здесь очевидно — былинная форма в украинской литературе и фольклоре неизвестна. Нет необходимости сопоставлять формы (не говоря о сюжете) былины и думы.
Это подметил и наш знаменитый композитор Н. Лысенко: былинная форма и былинные сюжеты у кобзарей неизвестны, дума отличается во всей славянщине...
С этим не хотят смириться (а может быть этого и не знают) уже знакомые нам М. и З. Лановик. В составленном ими пособии для студентов (!) они сообщают: былины были «першим і найдавнішим жанром героїчного епосу українського народу», а «російські вчені», «радянські вчені і фольклористи намагалися довести, ніби билини є виключно російським епосом». (былины были первым и старейшим жанром героического эпоса украинского народа, а росийские учёные и фольклористы стараются доказать, будто былины - исклдчительно российский эпос).
Так Марьяна и Зоряна «подправили» отнюдь не однозначную в изучении былин русских и советских ученых и фольклористов. А по сути дела оказались среди тех, которые бездумно или намеренно подменили сюжет и форму. Продолжение: http://russtriedin.ru/temy/11-uroki-istorii/350-pochemu-byliny-o-stolnom-grade-kieve-sokhranilis-v-moskovii
Семен Авербух