Размышление над этой темой были вызваны недавним интервью постоянного представителя Эстонии в Евросоюзе.
Эстония не стала самым щедрым помощником беженцам и мигрантам. На это есть много причин, основная из которых - бедность эстонского населения, попросту не хватило бы денег даже на палатку, грубо говоря.
Хотя Эстония - определенно нуждающаяся в людях, рабочих руках, страна. Это страна населения, которое уменьшилось на 250 тыс. человек с 91 года (на сегодня составляет 1.3 млн. чел.).
Тем не менее, посол Эстонии при ЕС (постоянный представитель) полагает, что мигранты в Евросоюзе вовсе не являются угрозой европейским ценностям, как об этом трубят правые по всей Европе.
Любители мигрантов, как правило, повторяют следующий тезис: наши ценности начнут разрушаться только тогда, когда мы сами это позволим и перестанем их практиковать.
Эстонский дипломат, Кая Таел, в своем интервью ERR, настаивает, что мигранты должны разделять европейские ценности и от такой позиции нельзя отступать. По её мнению большой вызов состоит в том, что мигранты, приезжающие в Европу из совершенно других культур изначально не разделяют европейские ценности, и она убеждена, что есть некий лимит, после которого интеграция чуждый ценностей невозможна, однако, полагает, что Европа ещё не достигла этого лимита.
Можно по-разному воспринимать такого рода лимиты, во всяком случае серьезных научных исследований по такому вопросу никогда не проводилось, да и откуда им взяться, если отсутствует материал для изучения - подобного опыта человечество не переживало в современной истории никогда.
Но главная проблема (и лицемерие) обнаруживается в следующем. По мнению эстонского дипломата (и это мнение разделяют очень многие), главная проблема - так называемая "вторичная миграция" - когда мигранты, попав в Шенгенскую зону начинают свободно циркулировать по ней, направляясь в те страны, где у них родственники или диаспоры более комфортные условия и предложения.
Попав в Шенгенскую зону, мигрант (или беженец) пропадает с радаров. О нем более ничего и никому не известно. Он отправляется в ту страну, которая ему по душе.
Так беженцы уплотняются в диаспоры или организуют новые поселения на пустом месте (как пример - известный, и уже разрушенный, лагерь беженцев во Франции, "джунгли" из которого они намеревались перебраться в Британию, которая в свою очередь закрыла границы; однако есть и примеры целых городов Франции, где по разным данным не-французское население переваливает за 30 и даже более %).
Следовательно, по логике сторонников принятия беженцев, Европа ещё не достигла точки невозврата, но некоторые точки Европы не только достигли этой точки и этого лимита, но уже ушли далеко вперед.
Кому повезло больше, а кому меньше в этой рулетке - распоряжается судьба, а сторонники массовой миграции и распахнутых объятий, обычно не в состоянии предложить действенный механизм решения проблемы "вторичной миграции", тем не менее, они успокаивают себя "общей картиной" происходящего.