Проповеди народного батюшки протоиерея Василия Ермакова, продолжают привлекать верующих не только из Санкт-Петербурга и его окрестностей, но и со всей России, а также ближнего и дальнего Зарубежья.
Здесь всегда много людей, испытывающих духовную жажду и желающих услышать живое слово проповеди, наставления, поучения священника бывалого и опытнейшего в духовной жизни, умудренного колоссальным опытом 50-ти лет священства. Батюшка не бежит от людей и после совершенной службы, обязательно говорит людям проповедь, которая ярко наполнена Евангельской правдой жизни, призывом к покаянию. А главное, в ней верующие люди находят ответы, на все самые сложные вопросы духовной жизни, лежавшие многими годами неразрешимым бременем недоумений, сомнений, надуманных и искаженных апокрифических неправд. И здесь происходит реальный феномен духовной жизни – говоря для всех одну проповедь, батюшка находит ключ понимания к сердцу каждого человека. Сомневающийся и маловерный - получает укрепление в Вере. Забывший дорогу в Храм Божий - вновь находит её, да не просто, а ярко и отточено. Лишенный с детства родительской любви - отогревается здесь в батюшкиной любви. Гордец – осознает, что человек во многом поврежден грехом, и надо глубоко каяться, ибо как будем каяться, так и получим прощение у Бога. Пришедший из мира безверия и атеизма – ярко ощутит здесь радость и благодать Веры Христовой. Потому что здесь - торжественно и православно славят Бога и не оставляют человека одного, недоуменного, с неразрешимыми вопросами на произвол судьбы и жестокости страшной и суровой действительности жизни. Здесь служит дорогой сердцу православного человека батюшка отец Василий Ермаков – Пастырь Добрый России Матери!
Вот поэтому на проповедях батюшки всегда так много народа, что храм не вмещает всех желающих побывать здесь. Здесь люди получают ответы на все жизненно важные вопросы, которые зачастую в их жизни никто не в состоянии разрешить. Батюшка своим личным примером укрепляет в Вере.
Его подвиг Веры ярко нам показывает, что можно идти за Христом, живя 62 года при советском богоборческом режиме, что можно быть с Богом в ужасе оккупации, когда с неба льется огненный дождь бомбежек. Значит можно увидеть Бога, когда нацистский конвой угоняет на работы в Германию, не дав попрощаться с родными и близкими. Значит можно молиться и увидеть Бога, находясь в немецком концлагере смерти, когда всё внешне кажется таким безнадежным, а смерть где-то так близко и тяжело дышит своим ядовитым дыханием.
И Господь не посрамил Веру своего богомольца. Несмотря на то, что батюшка учился с 1934 года в школе семь лет, и успев получить полное советское воспитание во всех его проявлениях, он в концлагере горячо молился Богу и был освобожден на праздник Покрова Божией Матери. А в благодарность Господу, решил полностью себя посвятить Богу, Матери Церкви, дорогой Отчизне Святой Руси и, конечно же – русскому народу, без которого батюшку представить невозможно. Более полувека назад, батюшка одел мученическую рясу священства и всё это время православный народ слышит его проповеди, наставления, поучения, щедро напитанные духом Евангельской правды жизни, призывая русских людей к покаянию и к беззаветной и искренней любви к дорогой Отчизне – Матери России – Святой Руси! Малая планета, зарегистрированная в международном каталоге малых планет под № 24604 (1973 SP4), получила имя Vasilermakov в честь уроженца Болхова, протоирея Василия Тимофеевича Ермакова. Такое решение было принято Комитетом по наименованию малых планет Международного астрономического союза от 22 февраля 2016 года.
Соответствующее официальное свидетельство Российской академии наук в Болхов 21 сентября доставили паломники из Санкт-Петербурга, прибывшие на памятные торжества в честь известного священника. В праздник Рождества Пресвятой Богородицы они посетили Архиерейскую Божественную литургию в Троицком храме Болхова и вручили документ Высокопреосвященнейшему митрополиту Орловскому и Болховскому Антонию.
Орбита малой планеты выявлена в 1955 году, а само небесное тело открыто 27 сентября 1973 года во время наблюдений в Крымской астрофизической обсерватории астрономом Людмилой Черных (1935 - 2017) — выдающимся выдающимся советским и российским ученым, известной открытием 268 астероидов. В 2001 году открытие было зарегистрировано. Тамара Николаева, духовное чадо протоиерея Василия Ермакова, взяла на себя работу по увековечиванию его имени в названии небесного тела, на что потребовалось 16 лет. Имя планеты занесено в международное научное издание «Эфемериды малых планет», выпускаемом Институтом прикладной астрономии РАН. С подробной информации о небесном теле можно ознакомиться на странице МАС
http://www.minorplanetcenter.net/db_search/show_object?object_id=24604.
Малая планета Vasilermakov находится в так называемом «поясе астероидов», который находится между орбитами Марса и Юпитера. Её диаметр составляет 7 км. (он больше размера самого Болхова), а большая полуось орбиты — 8,82 астрономических единиц.
Наименование небесного тела в честь церковного деятеля — редчайший случай. Той же Людмилой Черных открыты малая планета №16395 Ioannpravednyj (1981 US14) в честь святого Иоанна Кронштадтского, малая планета №4485 Radonezhskij в честь Сергия Радонежского, малая планета №5612 Nevskij в честь святого Александра Невского и другие.
Официальное свидетельство РАН будет храниться мемориальном доме протоиерея Василия Ермакова в Болхове.
Протоиерей Василий Ермаков (1927-2007) — уроженец Болхова, в годы своего служения настоятелем храма преподобного Серафима Саровского на Серафимовском кладбище Санкт-Петербурга стал одним из самых известных и авторитетных петербургских священнослужителей, приводивших людей к Богу; в последние годы жизни он регулярно посещал Болхов, и стал одним из инициаторов возрождения духовной жизни в этом городе и реставрации его многочисленных храмов.
Именем Василия Ермакова в 2009 году названа улица в его родном Болхове.
https://www.youtube.com/channel/UCB9V8-g_LVyk_DZ90YXxjEQ?view_as=subscriber
из воспоминаний Натальи Смирновой об о. Василии ( Ермакове)
.................
Исповеди теперь всегда были общие, меня это смущало – вот ведь маловерная. Но я почти всегда писала грехи свои на бумажке и показывала Батюшке, чтобы он запомнил, что вот она, моя бумажка, вот так выглядит, а Батюшка согласно кивал, перед тем, как мои грехи исчезали в общем мешке. Но один раз было иначе. Мне позарез надо было высказаться и я, написав свой грех на бумажке, решила, что обязательно надо проговорить вслух. Поэтому пошла в будний день, и народа было совсем немного. Стою и обдумываю, как бы это выразиться попонятнее и покороче, и чтобы не так стыдно было. А Батюшка меня сразу и подозвал:
-Ты когда исповедовалась?
-Тогда-то…
-А что так долго-то не исповедовалась?
-У меня кот болел…
Не успела оглянуться, как уже стояла за дверью – выгнал Батюшка из придела:
-Бога на котов не меняют!!! Иди молись!!!
Так и вылетела со своим написанным и непроговоренным грехом, зажатым в кулаке. Но стою рядом с приделом и заглядываю в открытую дверь – может вернет? А оттуда молнии:
-Не заглядывай! Молись!!! Какая уж тут молитва… Опять загляну, а оттуда:
-Скажи ей, чтобы не заглядывала! (Это тетеньке, которая оказалась под рукой и меня впервые, может, и видит).
Батюшка часто призывал в свидетели тех, кто был под рукой, часто вообще случайных “захожан”. Помню и мне на ходу жаловался на чтеца, который виновато тащился за Батюшкой: “Вот сейчас его на поклоны поставлю!” А я еще только-только в храм начала ходить, для меня каждый чтец митрополитом выглядел. Итак, стою, молюсь. Уже Причастие, а я так и не высказалась. Батюшка вышел из придела (он в этот день не служил, только исповедовал и беседовал с “народами”). Я - к нему:
-Батюшка, Вы меня совсем выгнали, или?... Брови “домиком”: -
Я никого не выгоняю, а вра-зум-ля-ю! Но молний уже нет, глаза смеются.
-Батюшка, ну… так хоть благословите на работу идти… Засмеялся совсем, обнял крепко:
-Иди, мать! От работы кони дохнут, а мы с тобой - никогда!
Грех свой в кулаке так и унесла. Да все Батюшка знал – все грехи мои: и писанные, и не писанные, и неосознанные, и еще не сделанные…
И думаю я уже давно, что может и не за кота меня Батюшка выгнал, а за этот самый грех эпитимию наложил, или за маловерие мое – хотела –получай!
Обычно Батюшка не благословлял, когда мы уезжали в отпуск, причащаться там, куда ехали. Но как то раз у меня отпуск совпал с Успенским Постом и я уезжала в Гагры. Объяснила Батюшке ситуацию, а он и говорит:
-Поезжай, покупайся в море! Там и причастишься.
Я, уезжая, взяла с собой батюшкину книгу “Во имя спасения России”, дай думаю подарю священнику в Гаграх, похвастаюсь, какой у нас Батюшка, да и приятное ему сделаю. Первый раз пошла на Преображение на всенощную. Храмик в Гаграх в котловинке стоит, низенький, крошечный, очень бедненький. Там принято зажигать огромное количество свечей – каждому святому за каждого члена семьи. При том, что на солнце градусов 40, крыша накалена чуть не до красна, костры свечей пылают, окон нет, только небольшая дверка открыта – в общем температура в храме градусов 200 по Цельсию, мозги закипают. Исповедь вечерняя, конечно, индивидуальная. Священник перед исповедью сказал длинную весьма проповедь, в которой между прочим обличал бесстыдство приезжающих на отдых, которые на пляже валяются, да еще в купальниках (!), в общем стыд и безделье. Но из отдыхающих была я одна, в основном были местные бабули, от которых я, конечно, сильно отличалась и цветом кожи и платьем и лица другим, наверно, выражением. Ну, как всегда, на юге приезжие отличаются от местного населения. Платье, конечно, у меня длинное и шарф на голове, но - чужая и священник обратил на меня внимание. Подошла очередь исповедоваться, выложила все, не щадя живота своего. Получила эпитимию – 40 земных поклонов! А мне с моей спиной даже, если 3-4 сделаю придется неделю отлеживаться на обезболивающих и мазях. Что я местному батюшке и сказала: все-таки я не дома, заклинит спину, что я буду делать одна? На что строгий батюшка сказал, что монахи и по 500 делают. Еще я неуверенно сказала, что мой духовный отец специально послал меня в море покупаться, а если нельзя на пляж ходить, то зачем я сюда и приехала. Ну, что ж, если так – купайся, а, если сразу поклоны не сделать, то можно разбить на части. В заключение я преподнесла священнику Батюшкину книжку. Он открыл, увидел фотографию и говорит:
-Блаженный!... Ты, когда будешь уезжать, я ему обязательно напишу письмо, скажи, когда поедешь.
Назавтра я пришла на службу. Конечно, очень жарко, тяжело, но с Божией помощью я не расплавилась, не рухнула в обморок, причастилась. Перед причастием призналась, что поклонов сделала только 3, но была допушена, с тем, что остальные 37 доделаю потом в течение отпуска. В нашем Серафимовском храме при всем количестве народа служба заканчивалась около 12 часов, ну, если молебен большой, то к часу-половине второго в крайнем случае. Не тут - то было в Гаграх. После службы священник ушел минут на 40, но расходиться не благословил. Все остались сидеть на маленьких скамеечках. По храму и крошечному дворику носился вкусный запах жареной рыбы. А мы-то, причастники, с утра ни ели, ни пили.
Но все прихожане сидят, ждут – жду и я, тем более, что креста-то батюшка не давал еще. Наконец священник вышел, это было около часа дня, и… началась проповедь. Вся она была посвящена ИНН и паспортам, которые брать ни в коем случае нельзя. Со страшными примерами, от которых местные прихожанки вскрикивали и охали. Я не знала, куда девать лицо свое с “необщим выражением”. Уйти я не решалась, это был бы явный вызов: батюшка меня хорошо запомнил. Какая-то девушка пищала, что у нее уходит автобус и до завтра другого не будет, но батюшка так грозно ей выговорил, и даже пригрозил, что бедняга почти в слезах осталась. Уж как она потом добиралась через горы – не знаю. Только в три часа проповедь была закончена и полуживые прихожане поползли ко Кресту. Оказывается, постоянные прихожане в Гаграх паспорта не меняли и ИНН не брали. Как уж они существовали – не знаю. Ведь, чтобы попасть в Адлер, надо переходить границу – на границе паспорта проверяли очень тщательно. Все продукты в Гагры завозились из Адлера – опять же через границу. Но меня волновало другое – и очень сильно. Я подарила священнику Батюшкину книжку, где очень ясно выражена позиция нашей Церкви в отношении раздутых проблем с ИНН. И Батюшкина проповедь на эту тему там была. А я же обещала местному батюшке, что обязательно передам его письмо нашему Батюшке с отзывом на книжку. Я человек обязательный и просто не придти не могла. В общем, отпуск был подпорчен сомнениями и недоумениями, как выйти из этой проблемы, которую сама же и создала: надо же было похвастаться, какой у меня замечательный духовный отец. А благословения-то у духовного отца не взяла, чтобы дарить его книгу. Представлялось мне, что гагрский батюшка, прочитав книжку, напишет моему дорогому батюшке, и что мне с этим письмом делать – прочитать не могу, отдать тоже не решусь. О-хо-хо… Пошла на Успение, а там скоро и отъезд. Умоляла Господа, чтобы он внушил гагрскому батюшке все забыть, или, чтобы он книжку не читал, или чтобы про письмо забыл, или чтобы меня запамятовал.” Господи, пусть он все забудет, пусть он ничего не пишет, Господи спаси меня от этой ситуации, помоги выбраться. Только бы он никаких писем не передавал!”
Слава Богу! Скорее всего книжку гагрский батюшка и не читал. Спросил только, когда еду, и мы с ним распрощались навсегда. Без всяких писем!!! Вот теперь думаю: “Батюшка мой родной, ведь ты же прозорливец, ведь ты же знал, куда меня благословлял!”. Узнала на практике и, что такое эпитимия (поклоны я так и не доделала, иначе пришлось бы меня на тележке везти до самолета), и на практике узнала , что возня с ИНН – это не фунт изюма, и какой у нас необыкновенный Батюшка, и какой у нас необыкновенный храм. И, что нечего оглядываться по сторонам, а смотреть только на Батюшку, делать все как он велит – лучше нет нигде.
А теперь, когда Батюшка ушел, теперь даже не верится порой, какие мы были счастливые, какие мы были любимые, Слава Тебе, Господи, за это.
Было как-то, что долго и сильно болела душа. Батюшка был в отъезде. А меня все закручивает и закручивает. Пошла в один храм, хотела поговорить – приходите в среду. В другом – приходите завтра. Больше никуда не пошла, потерпела, приехал Батюшка, и все обошлось его молитвами. Батюшка никогда не отправлял без помощи. Услышит одно слово только, за руку возьмет, поводит за собой по храму, разговаривая с другими, утешая других, а не тебя. Иногда скажет придти на молебен. Один раз даже на кухню меня завел: -
Стой здесь!
Поставил прямо у входа в алтарь и говорит, как водилось у него, первой попавшей на глаза девочке-свечнице:
-Полечи ее!
Та аж присела:
-А как ?
-А успокой!
И пошел в алтарь.
Девочка осталась в смущении, а я стала успокаиваться.
Другой раз стала я канючить, что надо поговорить.
-Приходи завтра на раннюю перед исповедью.
Была зима, добираться со Ржевки тяжело и долго, потому что надо на первую электричку метро идти пешком через заснеженное поле. Выходить надо было за час до электрички т.е. в 4-45. Даже когда хорошо себя чувствуешь, это было трудно, а когда тоска и ноги не держат… Но, что делать. Приехала. Села в углу в приделе. Батюшка исповедует. А меня, как нет. Только изредка приблизиться, и опять ушел. Сижу. До всех есть дело, только не до меня. Гляжу на люстру и копаюсь в черных мыслях.
Так и просидела до “Отче наш”, а после “Отче наш” Батюшка, как известно, не исповедует. Взял Крест, Евангелие, ну, все - уходит. Поговорили… Поворачивается, подходит ко мне вплотную и строго, почти жестко:
-Думай!! И молись!
И пошел из придела. Я вслед:
-Батюшка… Я молюсь…
И тут в голове прояснилось, что вовсе и не молюсь. И мозги встали на место.
Кстати, о мозгах. Это было году в 94 и надо бы было написать раньше, но вспомнила только сейчас. Тогда еще было очень мало духовной литературы. Книжка о.Иоанна Крестьянкина “Опыт построения исповеди” мне досталась для прочтения после того, как она побывала, наверно, в сотнях рук и разваливалась на истертые листочки. Я ее прочитала в один вечер, пришла в полнейший ужас от того, что места во мне нет безгрешного. То, что казалось нормой жизни, оказывается было смертным грехом, а то, что казалось добродетелью было ровно наоборот. На следующий день я примчалась к Батюшке в полном ужасе, волосы на голове стояли дыбом. Батюшка даже вроде припугнулся:
-Мать, ты чего??
-Я-а…прочи-та-ла-а…Крестьянкина-а!
-А-а! А ты что думала? Глаза во-о!! (показал руками широко по вертикали), мозги во-о!! (развел руки на всю длину по горизонтали).
Но к Причастию допустил. Как сегодня помню, как я, обалдевшая, в шерстяном платке на голове (тонкий шарфик дома забыла, не до того было) отвалила от Батюшки и долго еще приходила в себя от пережитого ужаса с одной стороны и от облегчения, что грехи отпущены.
Конечно, интеллигентские мозги, которые я горделиво считала достоянием, как и острословие, и критичность, и насмешливость, были одной из главных моих бед в жизни. Из-за них-то я и рухнула так глубоко, что только с помощью Батюшки и его молитв, буквально обламывая ногти до крови, столько лет выползала и до сих пор выползаю из этой ямы.
Умерла Алла Ивановна, давняя батюшкина прихожанка. Я не была очень близка с ней, но знала хорошо. Она долго болела, но никогда не унывала, а мне еще удавалось ее успокаивать по части болезни медицинской лапшой, которую я удачно вешала ей на уши. Алла Ивановна была очень чистым и доверчивым человеком и охотно верила, больше, конечно, в силу своего легкого оптимистичного характера, нежели моего виртуозного вранья, но слушала меня с интересом. И вот болезнь все-таки победила.
Стоим на отпевании вокруг гроба, Батюшка мне и говорит:
-Ей-то уже хорошо, а вы еще покувыркаетесь!
Кувыркаемся, Батюшка. Без Вас-то как трудно кувыркаться! Помолитесь за нас!
Улица протоиерея Василия Ермакова в Болхове сохранит свое название
Орел, 18 августа. Ситуация, сложившаяся вокруг переименования одной из улиц Болхова, носящей имя протоиерея Василия Ермакова, была обсуждена в ходе встречи Высокопреосвященнейшего архиепископа Орловского и Ливенского Пантелеимона с мэром Болхова Евгением Степиным и председателем Орловского областного отделения российского творческого союза работников культуры Александрой Семеновой.
2 июня 2008 года, навстречу многочисленным просьбам болховчан, орловцев и петербуржцев, улица и переулок в Болхове решением № 180 Болховского городского Совета народных депутатов были переименованы в честь уроженца и почетного гражданина города протоиерея Василия Ермакова.
Летом 2009 года обеспокоенность болховской общественности вызвали отдельные заявления о несогласии группы горожан с новым наименованием улицы и требования о возвращении улице прежнего названия. Известные болховчане обратились к архиепископу Орловскому и Ливенскому Пантелеимону с просьбой о защите памяти протоиерея Василия Ермакова. В свою очередь, Болховский горсовет 25 июня 2009 года на своем заседании принял решение № 280 об отказе в переименовании улицы и оставил в силе решение о присвоении ей имени протоиерея Василия Ермакова.
18 августа в ходе встречи с Евгением Степиным и Александрой Семеновой Его Высокопреосвященство обсудил сложившуюся ситуацию, сообщил главе муниципального образования официальную позицию епархиального управления о недопустимости для верующих такого переименования. В свою очередь, мэр Болхова заявил, что название улицы пересматриваться не будет, и она сохранит имя протоиерея Василия Ермакова.
Справка
Настоятель храма преподобного Серафима Саровского на Серафимовском кладбище митрофорный протоиерей Василий Тимофеевич Ермаков родился 20 декабря 1927 года в городе Болхове Орловской области. Как сам он впоследствии рассказывал, в его детской памяти запечатлелись 25 заколоченных городских храмов без крестов, с разбитыми окнами, проходя мимо которых он спрашивал себя, — «неужели так должно быть?». Но верующие отец и мать в этих условиях воспитали в ребенке будущего великого православного пастыря.
В июле 1943 года, в дни немецкой оккупации Болхова, Вася Ермаков я вместе с сестрой попал в облаву. Под конвоем немцы пригнали их в лагерь Палдиский в Эстонии. В эти трудные дни заключенных поддерживало Таллиннское православное духовенство. Один из священников, протоиерей Михаил Ридигер, отец будущего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, вызволил Василия и его сестру из плена. Василия Ермакова и будущего Патриарха, который через несколько лет стал его однокурсником по Санкт-Петербургским духовным школам, на всю жизнь связала глубокая духовная дружба. 4 ноября 1953 года Василий Ермаков был рукоположен во священника.
Прожив большую часть жизни в Северной Столице, много сделав для Санкт-Петербургской митрополии, отец Василий не оставлял и своей «малой Родины». Регулярно посещая родной Болхов и привозя в него своих духовных чад, батюшка стал одним из инициаторов буквального возрождения целого города. Скончался протоиерей Василий Ермаков в Санкт-Петербурге 2 февраля 2007 года. http://www.orel-eparhia.ru/news/2009/08182
Наш долг - поднимать Россию
Праздник преподобного Серафима Саровского
Куда ты бежишь русский человек, когда помощь лежит у твоих ног?
Два раза в год вспоминается память великого печальника и молитвенника Русской земли – преподобного и богоносного отца нашего Серафима, Саровского чудотворца. И мне хочется, да я и обязан, так как я сам жил практически в XX веке, много сказать о страшных безбожных годах. Их было 70 лет правления коммунистической династии, когда русский народ со всей яростью, богоненавистничеством бросился уничтожать нашу Святую Русь, нашу национальность. Уничтожали физически русских умных людей. А ведь мы в XX веке шли впереди всей планеты. У нас было много прекрасных русских изобретателей, один Сикорский чего стоит, чего стоит русский инженер, который изобрел систему вантовых мостов, и их потом применяли по всему миру, например в Сан-Франциско, и прочее и прочее.
И вот кучка презренных предателей, она подняла руку на умных людей. Кому это было надо? Зачем это надо? Для чего это надо? Это ваше право призадуматься, ваше право решить, ваше право оглянуться и увидеть, что на сегодня такие же предатели остались, которые кричат, что у нас с вами все плохо. На нас выливается грязь порнухи, которая прет с телеэкранов, наркота, а какая музыка и прочее… Идет не физическое уничтожение нашего народа, а духовное, а это еще страшнее, потому что ваши дети, да и вы, взрослые, подчиняетесь этой диктатуре Америки, Запада. Бзежинский сказал: «Я уничтожу православие, тогда Россия будет уже у ног Америки».
Духовная сторона происходящего страшнее физической. Тогда, в революцию, первым делом на что бросился Ленин со своей шайкой коммунистов? Отделить Церковь от государства. И тогда пошло и поехало. Уничтожить священников как совесть русского народа, уничтожить святыни нашего народа. Они не пожалели не только живых, но и мертвых, оскверняя честные мощи святых, как-то преподобного Сергия Радонежского, Серафима Саровского, нашего угодника Божия. Чем мертвые им мешали? Кого они боялись? Зачем кощунственно извлекли их из тех святых мест, где эти мощи находились? Сколько было монастырей, сколько было храмов! На каждом углу были храмы. И тут вся чернь российская поднялась в угоду безбожникам и разгромила на 70 лет счастье, благополучие и мощь нашей Святой Руси.
Им не надо было святости, как и сегодня предателям России, им не надо святыни, им надо разгромить все во имя своего временного благополучия. Именно временного: нажрался, проболтался, уехал куда-то, забывая обо всем. А народ? А мы-то с вами? А нам, может быть, и надо за это получить полный удар грязи жизни, потому что мы сами этого желаем. Мы хотим быть как свиньи, валяться в грязи. Хотя знаем: есть чистые источники, есть чистые места, где можно получить здоровье телесное, где можно получить и духовное исцеление, эти маленькие островки жизни – храмы Божьи, против которых опять россияне, предавшие Святую Русь, поднимают свой безумный предательский голос: «Не надо храмов», «Не надо икон». И лезут, прутся к нам все сектанты, а наши россияне, как безумные, идут навстречу этим лжепророкам и не хотят подумать: откуда они родом, кто их авторитет, чего они хотят? И вот какой-то Джон Маджон (и все прочие) бегает в костюме, орет в микрофон, и вы слушаете его, идете на эти встречи, сидите в залах, и на ваших безумных лицах ухмылки из-за того, что мы верим в Бога, что мы пошли в Православную церковь. За кем вы идете? Для чего? Кто ваш учитель? Такие вы стали, как механические собаки. Вы – как заведенные игрушки.
Как вы думаете, почему с честными мощами святых стремились власти так кощунственно разделаться? Да чтобы показать: смотрите, не тому благочестивые благородные россияне молились, не в то они верили, а вот мы-то, люди нового поколения, мы коммунисты, у нас нет святости. Одни сатанинские мощи остались, которые лежат еще на Красной площади, и люди прутся к этому кумиру, под его кровавым знаменем собираются, забывая, что он натворил. Они пытались, стремились, желали убить Святую Русь. Не вышло. Казалось бы, до войны мы – верующие – должны были быть все уничтожены, храмы должны были быть разрушены. Сознательно был взорван храм Христа Спасителя. Задумайтесь: в каждом областном городе губернском были взорваны кафедральные большие соборы. В каждом. И в Орле взорван, и в Екатеринбурге взорван, все взорвано, все порвали очень основательно, чтобы мощь святости храма Божия, возведенного русскими людьми, не говорила, не напоминала о Боге русскому человеку.
Хотели, стремились, желали нас обезглавить и сделать пушечное мясо во имя мировой революции. Не вышло. Нас так мало оставалось в 20-е годы, кто готов был сохранить веру, но те, кто остался, не пошли ни в пионеры, ни в партию, и с Божией помощью сумели свою веру сохранить. Была перепись населения, если ты писал в анкете: «верующий», это значило – ссылка. Но многие не побоялись и так написали. А ведь это было в страшном 1937 году.
Мы защитили от наскока предателей российских Святую Русь. Наступила война, все разнесла в клочья. А мы, верующие, до этого светлого дня нашего времени по крупицам собирали мощь России, открывая храмы, начиная еще со времен оккупации. И после войны, под влиянием яркого примера веры и молитвы, люди стали ходить в церковь. Говорят сегодня предатели Родины: «Мы тоже за народ», «Мы тоже верим в Бога», а в церкви их нет, а руки их всецело обагрены кровью разрушений, уничтожений.
Мы сохранили для вас, детей послевоенного времени, право, обязанность, долг быть русскими, быть православными, поднимать Святую Русь. Чем? Не кулаком, не криками: «Черный, бей его, убивай!» Это не наш путь. Поднимать Русь нужно верой, молитвой, посещением храма Господня. Но с такими, как некоторые приходят сегодня, не поднимешь. Говорит: «Я хочу причаститься». Я: «А что это такое?» – «А я не знаю». – «Хорошо, а как ты сам понимаешь?» – «А мне сказали», – и прочие безумные глаголы. Таких уже не время учить, поезд ушел, время уже кончилось, потому что они забыли свой долг. Наскоком, как махновцы, как партизаны, Бога не поймешь. Сколько они пожгли мощей, мы многих не имеем сегодня, зная, что они были у нас. Только по молитвам, по воле Божьей были сохранены мощи Сергия Радонежского, о судьбе мощей Серафима Саровского вы знаете сами: и куда ж угодника Божия, куда только не гоняли по Союзу, из Дивеево в Москву, там хотели пантеон сделать, всех наших угодников должны были поставить, не нашлось места. Тогда – в бывшую столицу, в наш город, в Казанский собор. Этот собор – сердце России, где лежит Кутузов, этот собор – память нашим защитникам России, Барклаю де Толли и всем. Они решили: «Вот мощи, сюда мы их свезем, сбросим». И вроде получилось, но опять нашелся русский человек и сохранил их, спас.
Это напоминает тупоумным людям о том, что Бог есть, что с Богом бороться не надо, от Бога отходить не надо. Получишь по полной программе. За все надо платить. И не надо кричать, что тебе трудно живется, тебе очень плохо, нет просвета. А что ты дал Богу? Что ты дал России? Грязные песни, грязные танцульки, порнуху, грязную писанину, грязные разговоры. Или: когда некто из нас, большинство, не могли воздержаться и не жрать мясо в Новый год. Вот вам облик предателя. Новый год. Пожалуйста, подчиняются: «Ах, компания там», – он и разъелся. Ну, что дальше ожидать? Дальше ожидать нечего. Поймите, если в малом, в мизерном, не выдержишь: «не буду», «не хочу», «незачем», «не для чего», то в большом не выстоишь точно. У нас не хватает силы мужества, силы долга сказать: «Я обязан», «Я не буду», «Мне нельзя». А если ты такой непутевый, бесстыдный, так отойди от компании. Если ты безвольный – не ходи. А то нет, сидеть на двух стульях: а я хочу и Богу молиться, и хочу покантоваться, порадоваться в этой компании. Не пойдет.
А началось с малого. Они так понимали: убрали святыню от нас и думали: «Все, Россия не поднимется». Ах, какие были у них планы большие, гениальные: «Все мы сделаем», и мощь союзная у них была. Не вышло, ребята. А сейчас даже наш брат-украинец кричит: «Я уже для вас сготовил лопату, зарывать будем русских». Безумные люди. Больно мне за них, за то, что мы им все отдавали для поднятия их духа, но это дело их совести. А наш долг, россиян, – помнить все наши праздники, какие были в прошлом Святой Руси. Ведь смогли же мы в то страшное советское время не отдать на поругание Бога. И вы сможете, только надо учиться вере, молитве, исполнению того, к чему зовет нас святая вера православная – везде показать своей жизнью, подвигом жизни: «Я – христианин». К сожалению, сегодня появилось много младосвятов, которым вы, женщины, верите. Ах, паспорт не брать. Где-то в Лодейнопольском уезде появился какой-то новый батюшка, у него там домишки построены, Дуренево деревня называется, я знаю, что там. И пошли вы, женщины, покатили-поехали. Там есть какая-то монахиня, вроде беглая: «Давай исповедь, какие были грехи с семи лет», – я сам не знаю, что у меня в семь лет было. Они забывают о том, в какое время мы жили. Зачем терзать вас? Зачем копаться в вашей душе? Не имеют права они так с вами обращаться, а вы зачем туда лезете? У вас есть своя церковь, свои священники, вот к ним обращайтесь. Вы по чужим домам не ходите ночевать, нет? И дома свои харчи едите? Ну вот и все, так и здесь. Зачем чужое? Вы что, хотите опять чуда? Чуда не будет. Я уж насмотрелся, нагляделся за полвека. Я знаю только одно чудо: вас, ваши молитвы, вашу любовь ко мне, нашу вместе любовь к храму, это я знаю – это чудо. И больше мне чудес не надо. Никаких чужих наставников. Они ко мне приходят, а я: «Ребята, кругом, вон там дверь, стань и молись. А потом посмотрим, что делать».
Вот как они тогда убивали душу русского человека, и сейчас они научились, что надо делать, хотя и не понимают, на чью мельницу льют они воду. Кому это надо? И мне становится больно, когда, не испытав, не рассмотрев как следует, вы бросаетесь в эту схватку. Чуда вам не будет. Болели, теряли детей, теряли семью, и будете терять еще, потому что предали Бога. За кощунственное отношение к святыням в XX веке вы сполна получили. Вот мое поколение 20-х годов, может быть, я остался «последний из могикан» того времени, я был с Богом, а те, кто был без Бога, давно уже в «Землянске», давно уже землю нюхают. Вот она, жизнь без Бога.
И ваш долг – посмотреть, а почему я стою здесь в свои 80 лет? Да мне Бог помогает практически за ваши молитвы, за вашу любовь. Это познается терпением, вашим живым общением, а не налетом, не наскоком: «Пойдем туда, в эту Дурневу деревню съездим, там я все получу». Я вас учу: не ходите, не слушайте никого, чужих наставников, чужих мужей, чужих учителей не надо. Вы подумайте, вы всегда учились в одной школе, у одного педагога, так же надо и свой храм беречь, а не бегать по разным храмам, не искать святынь. И поэтому, вспоминая страшное время 20-х годов довоенных, я делюсь с вами горьким опытом, страшными переживаниями той эпохи. Любите Россию, любите Церковь, любите свой храм, это наша семья, наше святое место, молитесь, и нас Бог не оставит.
Когда мы к Нему обращаемся, когда мы Его не предаем, когда мы не надеемся на то, что скажет слово человеческое, а только на то, что Бог даст, тогда Он дает нам то, что надо, что мы понесем, а не то, что мы хотим своим гордым «я».
И пусть преподобный Серафим Саровский, наш храмовый покровитель, даст нам укрепление в вере, благочестии и чистоте. Пусть просветит наше сознание, чтобы мы поняли, осознали, что Бога предавать не надо, не надо искать других наставников, мы это все уже проходили. Наш долг – поднимать Россию молитвой, верой и просить, чтоб великий угодник, печальник Русской земли был с нами и помог нам, россиянам, возродить всю мощь Святой Руси.
15 января 2006 года
ПНПО "Россия в красках http://ricolor.org/about/3/2_02_2017/1/
«Вечер памяти отца Василия Ермакова». Часть 1
«Вечер памяти отца Василия Ермакова». Часть 2