- Да кто ты такая, чтобы говорить, что думаешь? Ты, что, особенная? Ты такая же, как и многие другие, и никого не волнует, что ты там думаешь, чувствуешь и хочешь!– Я была ошарашена, таким неожиданно сильным и неадекватным ответом учителя.
Это было в десятом классе. Неожиданно, на четвертом уроке, нам объявили, что за нами приедет автобус, и мы вместо шестого урока поедем на местную птицефабрику, помогать шефам нашей школы. Им, видите ли, срочно курочек провакционировать надо было.
Мы не раз бывали на таких вакцинациях. Та еще процедура. Идешь, берешь в каждую руку по две-три курицы за лапы, несешь к ветврачу, он специальным инструментом, предварительно макнув его в вакцину, делает укол в крыло. Птицы бьют крыльями, вырываются, царапают руки, цепляют одежду, надо прилагать было силу, чтобы они не разлетелись
Я посмотрела на свою новую юбку, и поняла, что ее дальнейшая судьба, находится под большой угрозой. Это была мелочь. Главное было в том, что я чувствовала себя, физически, очень плохо. У меня был первый день ПМС, а это были непередаваемые болевые ощущения. В некоторые моменты, я старалась даже не дышать, не то, что двигаться.
Я замирала, а малейшее движение, вызывало во мне оглушительную боль, до темноты в глазах. Но никто и никогда не считал эту причину уважительной для того, чтобы я осталась дома и отлежалась. Ссылались на то, что для женщин это нормально, все ходят на работу, только балерины и циркачки могут взять больничный. А я, в свои шестнадцать, не была, ни балериной, ни в цирке, на трапеции, не работала, поэтому никого не волновало мое физическое состояние.
- Я плохо себя чувствую, у меня очень сильно болит живот, сказала я тихо классной руководительнице на перемене. Я не относилась к числу ее любимчиков, поэтому не особо рассчитывала на ее понимание, но боль заставила меня сделать эту слабую попытку.
- Весь класс, значит весь, - впечатала она в меня. – А то, сейчас, все начнут придумывать, чтобы никуда не ехать. Постыдилась бы, такое говорить! – И давай песочить меня на повышенных тонах. То ли мне было так плохо, что я не соображала, то ли несправедливые обвинения меня вывели из себя, но я достаточно четко и уверенно, ей ответила.
- Я никогда не отлынивала ни от каких заданий, но сейчас мне очень больно, я никуда не поеду. Вы не имеете права меня заставлять. – Надо было видеть ее вытянувшееся лицо, округлившиеся глаза, и, на какое-то мгновение, открывшийся от удивления рот. И после этого разразилась тирада. Я молча отвернулась и собирала учебники, а она все не могла остановиться. Я молча ушла.
До окончания школы она меня попрекала этим поступком, и каждый раз спрашивала:
-Кто ты такая, чтобы говорить, что думаешь?
А что вас в школе заставляли делать помимо вашей воли?