Гонорар за постановку советского кинофильма для его режиссера зависел от многих факторов – от трех групп идейно-художественного уровня (8, 6 и 2,5 тысяч рублей соответственно), серийности картины и других аспектов.
Прокатная успешность киноработы в данном случае финансовой роли не играла – гонорар выплачивался после одобрения фильма Госкино СССР.
Тарифная сетка
В начале 1960-х годов действовал приказ №131 Минкульта СССР от 3.04.1961 г., касающийся «размеров постановочного вознаграждения за осуществление постановки художественных кинофильмов, фильмов-спектаклей и телефильмов». Труд режиссеров-постановщиков, поделенных на три категории по «идейной художественности» их работ, в любом случае ценился выше вклада остальных участников кинокоманды, включая актеров.
В финансовом плане вне зависимости от группы, к которой был отнесен фильм, «рулили» именно главные режиссеры вкупе с кинооператорами – они неизменно зарабатывали больше других. Режиссер фильмов первой категории получал за постановку 8 тысяч рублей (в 1960-е годы самый крутой советский автомобиль «Волга» стоил 6,5 тысяч рублей), кинооператор зарабатывал от 3 до 1,5 тысяч (диапазон от 1-й до 3-й группы). Максимум для актера в денежном выражении составлял 2 тысячи рублей. Впоследствии размеры этих тарифов соответствующими приказами Минкульта СССР неоднократно менялись, но всегда в пользу режиссеров.
Кто из кинематографистов шиковал
По тогдашним советским расценкам полнометражный фильм (90–100 минут) главному режиссеру в среднем приносил 4–6,5 тысяч рублей. Если двухсерийный, то сумма, соответственно, удваивалась.
Считается, что самым богатым «олигархом» советского кинематографа был Леонид Гайдай, чьи комедии покорили миллионы советских зрителей и любимы нами до сих пор. В действительности это не так, хотя кассовые сборы картин Гайдая для советского времени были ошеломительными. За «Кавказскую пленницу» Леонид Иович получил чуть более 6 тысяч рублей. По советским меркам - много, но явно несопоставимо с доходами Сергея Бондарчука, автора фундаментальной отечественной киноэпопеи «Война и мир».
По расценкам Минкульта СССР, если кинорежиссеры имели звание народного артиста (оно было у Евгения Матвеева, Владимира Басова, Станислава Ростоцкого, Юрия Озерова и многих других культовых советских кинорежиссеров), «полнометраж» для них стоил 7,5 тысяч рублей. Двухсерийные «А зори здесь тихие» оплатили режиссеру Ростоцкому в двойном размере. Бондарчуку за четырехсерийную «Войну и мир» полагалось не менее 30 тысяч рублей. Контрразведчик Игорь Атаманенко, собиравший материал для своей книги о съемках этого поистине грандиознейшего фильма советского кинематографа, в одном из интервью говорил, что кинолента обошлась советскому госбюджету в 60 миллионов рублей (100 миллионов долларов по курсу 1967 г.). Немыслимые по тем временам деньги («Жигули» тогда стоили 5,6 тысяч рублей).
Атаманенко называл Сергея Бондарчука первым легальным советским миллионером, только суммы его официальных премий (без гонораров) за картины «Война и мир», «Судьба человека» и «Тарас Шевченко» составляли порядка 250 тысяч рублей. Можно упомянуть также о московской квартире, дачах в Подмосковье и Крыму, о «Мерседесе»…
Что получали наши «оскароносцы»
В 1969 году фильм самого высокооплачиваемого режиссера отечественного кинематографа С. Бондарчука был удостоен в Лос-Анджелесе «Оскара». Спустя 12 лет аналогичную награду заслужила работа Владимира Меньшова «Москва слезам не верит» – душевная многосерийная мелодрама о жизни трех лимитчиц в Москве, которая до сих пор трогает сердца миллионов зрителей. За «Москву…» Меньшов в 1981 году получил Госпремию СССР (5 тысяч рублей). До «оскаровского» же признания этот культовый фильм советская кинокритика в основном гнобила. Для сравнения: Сергей Бондарчук за свою кинематографическую карьеру получил в Союзе пять премий – Сталинскую (1952 г.), Ленинскую (1960 г.) и три Госпремии – СССР, РСФСР и УССР (в 1984, 1977 и 1982 годах, все в денежном выражении).