Холодный осенний ветер затруднял дыхание, швырял в лицо острые капли дождя. На работу идти не хотелось совершенно. Дома остались такие родные дети, любимая жена. Да, они тоже скоро разбегутся на работу, в школу, в институт. Но останется их тепло. Еще не так давно до пенсии Александру оставалось чуть меньше трех лет. А теперь вот почти восемь. Слуги народа позаботились... Где-то в глубине души Александр сознавал, что до пенсии он не дотянет. И от этого еще сильнее хотелось остаться дома, с действительно дорогими людьми, а не тратить время впустую на опостылевшей работе.
- Добрый день!
Миловидная, чуть полноватая, но по-спортивному подтянутая, и от этого еще более привлекательная девушка преградила путь.
- Я Виктория.
- Очень приятно. Я Александр... Владимирович... - Представился Александр.
- Я знаю. - Отозвалась Виктория. Александр удивленно вскинул брови. - Я Виктория. Трофимова.
Трофимова Вика. Как давно это было... Тридцать? Тридцать пять лет? Саша вез новорожденную Вику в коляске, рядом шла, держась за его руку, Ксения в практически прозрачном летнем платье известного бренда на голое тело. Неповторимое сочетание огненно рыжих волос и бездонных синих глаз сводило парня с ума. В парке в будний день тихо и безлюдно, высокая трава отлично скрывает и коляску со спящей Викой, и Сашу с Ксюшей...
Александр помотал головой, стряхивая воспоминания.
- Что-то случилось? - Александр смотрел в карие, почти черные, как у него, глаза.
- Нет, ничего. Просто разбирала вещи мамы и нашла ее записную книжку и твою фотографию.
- Вещи мамы?
- Да. Ее нет уже больше года.
- Прости, не знал.
- Ничего. Конечно не знал. И я решила, что ты должен знать. Троекуровское, участок семнадцать Б.
Виктория вскинула голову, намереваясь уйти.
- Это все? - Александр не знал как себя вести, что говорить. Но отпускать девушку вот просто так почему-то не хотелось.
- Думаю, да. - Голос Виктории не был ни жестким, ни злым. Никаким он был. - Давай смотреть правде в глаза. Ты для меня чужой. Я для тебя тоже. Мама не сделала то, что не сделала. Это ее выбор. Ты сделал то, что сделал. Это твой выбор. Я никого не виню. Мамы больше нет, нас ничто не связывает. Так что извини. Мне пора.
Виктория развернулась и уверенными спокойными шагами направилась к метро. "У нее все будет хорошо" - решил Александр. - "Ей было нелегко, но это ее закалило. Она со всем справится".
Александр еще долго стоял на остановке, не обращая внимания на усилившийся дождь и ветер, осмысливая произошедшее. Вика права. Отец не тот, кто родил, а тот, кто вырастил. Но это было не его решение...
Троекуровское, семнадцать Б.... С памятника на него смотрела привлекательная кучерявая блондинка, похожая, очень похожая на Ксению. Но чужая. Тогда, треть века назад, Саша ждал несколько долгих, полных мучительных надежд и сомнений лет. Ждал, что Ксюша, наконец, решится и примет его предложение. Напрасно... Наверное, они всегда были чужими друг другу. Даже несмотря на Вику. Александр положил две гвоздики, развернулся и пошел к выходу. Пошел туда, где его ждут, где любят, где понимают. К тем, кто его никогда ни за что не оставит и кого он никогда ни за что не оставит...