Найти в Дзене
Рассказы о былом

Волгоград: никто не забыт, ничто не забыто

Вот уже много лет на волжских пассажирских теплоходах живет светлая традиция: при прощании с Волгоградом туристы в память о погибших в этих краях в Сталинградской битве воинах бросают в воду букеты цветов.
...Трап убран, береговые матросы кидают канаты. Едва заметно качнувшись, теплоход медленно отодвигается от причала. Все как обычно, только не слышно с борта задорных прощальных песен под баян. Вместо них - суровые, рвущие душу песни войны. Протяжный гудок несется из самого нутра теплохода, и в нем чудится невысказанная боль по молодым и безвременно ушедшим.
В ушах свистит обезумевший ветер, и далеко по водной глади стелятся звуки "Довоенного вальса":
"Все впереди, все пока, все пока накануне...
Двадцать рассветов осталось счастливых...
Год сорок первый, начало июня.
Все еще живы, все еще живы,
Все еще живы, все, все, все..."
По коже бегут мурашки, и к миллиардам пролитых слез добавляются новые - неожиданные, вырванные ветром, горькие. Видно, поток этот вовек неиссякаем...
Те самые

Вот уже много лет на волжских пассажирских теплоходах живет светлая традиция: при прощании с Волгоградом туристы в память о погибших в этих краях в Сталинградской битве воинах бросают в воду букеты цветов.
...Трап убран, береговые матросы кидают канаты. Едва заметно качнувшись, теплоход медленно отодвигается от причала. Все как обычно, только не слышно с борта задорных прощальных песен под баян. Вместо них - суровые, рвущие душу песни войны. Протяжный гудок несется из самого нутра теплохода, и в нем чудится невысказанная боль по молодым и безвременно ушедшим.
В ушах свистит обезумевший ветер, и далеко по водной глади стелятся звуки "Довоенного вальса":


"Все впереди, все пока, все пока накануне...
Двадцать рассветов осталось счастливых...
Год сорок первый, начало июня.
Все еще живы, все еще живы,
Все еще живы, все, все, все..."


По коже бегут мурашки, и к миллиардам пролитых слез добавляются новые - неожиданные, вырванные ветром, горькие. Видно, поток этот вовек неиссякаем...
Те самые туристы, что лишь несколько дней назад светски восторгались с палубы среднерусскими красотыми, визжали от удовольствия, перемазавшись целебной грязью на озере Тинаки под Астраханью, и алчно перехватывали друг у друга лучшие арбузы на базаре, сегодня строги и печальны. В затуманенных глазах застыла искренняя боль, тяжелая скорбь, переданная по наследству и пронесеная через годы. И это точно не ложь, не показное притворство! Это здоровое единение перед лицом общей беды, и, может быть, именно оно всколыхнется еще не раз благородным порывом, когда в переполненный вагон метро зайдет старенькая бабушка с жалкой авоськой, или когда у кого-то не повернется язык грубостью ответить на безобидное старческое ворчание.
.. Туристы с цветами толпятся по левому борту, и теплоход даже дает небольшой крен.

-2

Внизу качается мутная вода. Напротив Мамаева Кургана десятки рук одновременно поднимаются, и через минуту в размашистых волнах уже мелькают яркие пятнышки памятных букетов...


"Годы прошли и опять за окном тихий вечер.
Смотрят с портретов друзья молчаливо.
В памяти нашей сегодня и вечно
Все они живы, все они живы,
Все они живы, все, все..."