Свое. Родное.
Трое беседовали.
— Чего такой грустный?
— Да вот, потерял пятьдесят рублей.
— А как?
— Пошел в Консерваторию.
— Ух, ты!
— Достал деньги, чтобы купить билет, и они все упали.
— Это почему?
— Да я пытался вытащить сто рублей, но пока доставал, все остальные разлетелись.
— Так ты одной рукой орудовал?
— Ну, да.
— А вторая?
— А во второй я пакет держал с хлебом, яйцами и водкой. Ну вот, деньги разлетелись, поставил пакет, и быстро, пока не украли, все собрал.
— Все, да не все.
— Это потом выяснилось. Ну, собрал, думаю купить билет, но чувствую запах подозрительный. Водка разбилась.
— Эх, ма!
— И я решил тогда билет не покупать, чтоб восполнить хоть часть потери.
— Логично.
— Еду домой, а на душе неспокойно. Сел в скверике и решил пересчитать деньги: одной пятидесятки не хватает. Где то у кассы в щель завалилась, уборщица, небось нашла, и радуется сука.
— Или охранник.
— А может до сих пор валяется.
— Надо поехать, найти. Такси вызывай, пускай прямо к Чайковскому подъезжает, и ждет, мигая.
— А если не захотят отдавать?
— Заберем под видом ограбления.
— Есть вариант 100% надежности. Звонишь в МЧС с чужого телефона.
— А где чужой возьмем?
— Попросим или отнимем. Звонишь: так и так, в кассовом зале подложена бомба. Вместе с бойцами врываешься. Вначале обыскивается зал, потом сотрудники. А ты бумажку, хоть, свою помнишь?
— Ты же меня знаешь. Я люблю в свободное время денежки поперекладывать, порассмартивать…
— Ну и вперед. Нам, как говорится, чужого не надо, а за свое до конца стоять будем.