Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Lee Joy

Очень громко-короткий рассказ

  "Соседи опять двигали мебель. Каждый вечер, нарушая общественный порядок своими выкрутасами, они совершенно не чувствовали вины и не собирались останавливаться. Сегодня уже в третий раз к ним вызывали милиционеров, но без толку. Они лишь разводят руками. Хотя профилактическую беседу всё же провели... Ну ничего я научу их уму разуму.",-так думала Надежда Борисовна, жена Николая Евгеньевича, с которым она бездетно проживала в однушке в старом советском доме по адресу Некрасовская 3 корпус 2 в городе Н, М-той области. Вокруг пятого подъезда распространялась странная, если не сказать противная атмосфера, основной частью которой был запах, доносившийся из подвала с проржавевшими трубами. Причину запаха установить не удавалось.       Надежда включила телевизор на своей любимой передаче по саморазвитию через чтение книг и просмотр хороших фильмов. Следовать этим полезным советам в её планы, конечно же не входило. Громкость она всегда ставила на половину от максимальной, чтобы известить ве

  "Соседи опять двигали мебель. Каждый вечер, нарушая общественный порядок своими выкрутасами, они совершенно не чувствовали вины и не собирались останавливаться. Сегодня уже в третий раз к ним вызывали милиционеров, но без толку. Они лишь разводят руками. Хотя профилактическую беседу всё же провели... Ну ничего я научу их уму разуму.",-так думала Надежда Борисовна, жена Николая Евгеньевича, с которым она бездетно проживала в однушке в старом советском доме по адресу Некрасовская 3 корпус 2 в городе Н, М-той области. Вокруг пятого подъезда распространялась странная, если не сказать противная атмосфера, основной частью которой был запах, доносившийся из подвала с проржавевшими трубами. Причину запаха установить не удавалось.

      Надежда включила телевизор на своей любимой передаче по саморазвитию через чтение книг и просмотр хороших фильмов. Следовать этим полезным советам в её планы, конечно же не входило. Громкость она всегда ставила на половину от максимальной, чтобы известить весь подъезд, что она саморазвивается, а особенно она хотела поставить в известность проблемных соседей сверху. Всем остальным жильцам ничего не оставалось, кроме как терпеть их шумовые перепалки, ведь Надежда Евгеньевна была единственным лекарством от проблематичных соседей. Без неё соседи шумели часами и не уставали. А когда в дело вмешивалась любительница саморазвития, уровень шума хотя и возрастал до небес, но спадал через пятнадцать минут, так как оба возбудителя уставали до невозможности.

      И в этот вечер шумные соседи начали эту всем надоевшую игру. Но к раздражающему до невозможности шуму добавился топот, от которого потолок у Надежды Борисовны чуть-чуть потряхивало. Она, конечно, слегка растерялась, но сразу же взяла ситуацию под контроль и достала из под телевизора колонки. Выкрутив звук на максимум, и, конечно, не забыв надеть затычки для ушей, хозяйка принялась ждать ответного хода. Скрип движимой в небытие мебели теперь был почти неразличим, но топот отдавался в голове пульсацией, и даже не думал утихать. Через минуту Надежда Борисовна выкрутила громкость на предел, и теперь сама страдала от огромной громкости. Однако тяжёлые шаги не затихали, будто приближаясь, и где-то в глубине сознания вызывали раздражение от своей навязчивости.

      После десяти минут хозяйка решила сдаться на этот раз, утомлённая полезными советами из телевизора и сотрясающимся потолком. Выключила телевизор, вытащила затычки из ушей. "Странно, что кроме шагов ничего не слышно.."-подумала Надежда Евгеньевна. Так же она прокричала :"Сдаюсь! Сдаюсь!", но соседи продолжали топать, как умалишённые. Следующей её мыслью было выйти на балкон, чтобы громче им сказать о своём поражении, а то ведь так жить нельзя, от топота становилось физически плохо, сердце сжималось, и казалось, что дом скоро развалится.

      Выходя на балкон она отметила, что ночь темновата, для Февраля. Когда она открыла окно, с трудом пробравшись сквозь горы хлама и солений, вид снаружи поразил и ужаснул её настолько, что она была готова упасть в обморок сию секунду. Из окна на неё смотрела гигантская глазница с маленьким зловещим огоньком внутри. В её взгляде отражалось одиночество и бесцельность. Вдруг затихшие шаги сменились на раздражающе громкую мертвенно бледную тишину. Этой ночью город спал особенно тихим и бездыханным сном.

Если вам понравилось, буду благодарен поддержке на Патреоне.