- Какая разница? - женщина подняла глаза. Ее палач ждал.
Мужчина курил. Ей не нравился этот запах, хоть она и ощущала его первый раз в жизни. Она родилась и выросла на корабле "Веик", имя которому дал древний город на Марсе. Она ни разу не ходила по настоящим планетам, никогда не сходила с борта корабля - она умела лишь писать историю и обрабатывать информацию.
- Никогда еще я не убивал безымянных людей, - палач имел приятный голос. Женщина-летописец никогда не могла подумать, что ее смерть будет...симпатична. Между описаниями истории человечества она писала книги, которые не становились популярными даже на ее этаже корабля, однако сквозь все повествования проскальзывал кто-то похожий.
- Пусть будет Лиана.
- Нет, - ни на секунду не меняясь в лице ответил палач. В его голосе звучала сталь, из которой делали боевых роботов и космолеты.
- Почему?
- Тебе не подходит это имя. Ты лжешь.
- Тина.
- Хорошо, - палач кивнул. Он поверил. Впрочем, летописец не солгала.
- Я могу задавать вопросы?
- Ты уже задала два. Прощу тебе это и дам еще три. Но не более.
- За что?
- Историю пишут победители и ты выбрала не ту сторону.
- Я писала бесстрастно.
- Нужно было выбирать.
- Я не знала.
- Правила пишешь не ты - ты описываешь только их последствия.
- Хорошо. Мои летописи популярны?
- Популярнее художественной...литературой называть не хочу, извини. У тебя нет стиля. Он - копия Фрэнка Ори, причем серая, без идеи и огонька.
- О, ты ценитель, читатель, критик, да? - Тина возмутилась и тут же поняла, что допустила ошибку. Это моментально подтвердил палач:
- Интересный третий вопрос. Да, я всегда любил читать. По этой причине и стал, наверное, одним из лучших в своем деле. Спасибо тебе, кстати, за описание убийства генерала Хо-Шо.
- За момент, как убийца пробрался в корабль?
Палач промолчал. Летописец поняла, что он четко соблюдает все правила игры, которые он писал лучше, чем она историю человечества.
Палач затушил вонючую дымящуюся палочку о столешницу. Мужчина встал, убрал пистолет в кобуру:
- В следующий раз у тебя не будет трех вопросов.
Палач ушел.
На столе осталось письмо от имперского издательства, в котором были прописаны правки к "Истории Человечества от Выхода в Космос".
