Марамата рос и радовался, что попал к таким интересным двуногим. Он научился тявкать, хотя те звуки, которые он издавал и не были похожи на строгий "мяу" Стефана Котейки, Марамата любил кому-нибудь что-нибудь рассказать. Особенно нравилось ему встречать историями тех, кто звонил в дверь. Обычно Марамата успевал рассказать одну-две истории до тех пор, пока хозяева открывали дверь.
Одного только не мог понять Марамата, почему часто люди спрашивали, какой он породы... Кто-то предполагал, что это австралийский динго, кто-то видел французского бульдога... Видимо, его другу-хозяину это тоже было непонятно, поэтому однажды на подобный вопрос он стал отвечать, что это вообще не собачка, а австралийский карликовый сумчатый шакал, мол, в зоопарке не знали, куда деть, вот он и взял себе. Вопросы сразу отпали.
Марамата продолжал дружить со Стефаном Котейко. Но в отличие от Стефана, Марамата скоро стал выходить гулять на улицу. Почему-то на поводке, хотя это было и не очень удобно...
Спустя несколько месяцев, Марамата стал еще необычнее, нескладнее и шакалистее...
Собственно, вот мы и подошли к трагической части повествования о Марамате. Именно этот период в жизни маленького пёсика оставит неизгладимый след.
Кстати, у Мараматы появилась фамилия - Бабак. Ну, чтобы Стефан Котейко не чувствовал своё преимущество.