Я с уважением и восхищённо взирал на ирбиса. Надо же, этот дымчатый кот вызвал к себе такую симпатию, что, мне показалось, весь мир перевернулся!
— Раис! Какой же ты молодчина! Ты настоящий герой! — восторженно пролаял я. — Спасти альпиниста — это больная честь. Они хорошие люди, смелые и сильные, природу любят. Вот мы, собаки, всегда их спасаем… Наши сенбернары специально в горах живут. У них предназначение такое — людей в горах спасать. Из-под лавин откапывают, даже под огромной толщей снега чувствуют.
— Так это и я умею. Что-то я не видал в горах сенбернаров этих.
— Ну, это элитные собаки. Они на лыжных курортах в основном. Где людно. Это удивительная порода, очень добрые и сильные. Больше меня раза в три. Чтобы людей тащить, большая сила нужна. Людей они очень любят. Их даже командам толком не обучают, чтобы не обозлить. Только любовь и ласка. Среди сенбернаров настоящие герои есть. Особенно сенбернар Барри прославился. Он сорок человек спас. Ему люди памятник поставили и много всего в честь него назвали. Если о твоём подвиге весь мир узнает, тебе тоже, наверно, памятник поставят…
Раис ещё больше зарделся.
— Да ладно, зачем мне памятник?.. — скромно потупился он.
— У кого памятник есть, в старости кормят хорошо. И тебе будут по несколько килограмм мяса в день выдавать.
— Баранины? Или козлятины?
— Да хоть чего! Чего пожелаешь!
— Хорошо бы… — мечтательно вздохнул Раис. — Ты там подробней узнай, по сколько килограмм будут давать. Может, я ещё кого-нибудь спасу…
— Обязательно узнаю, не сомневайся.
— И про человека не забудь, а то я за его жизнь всё время переживаю.
— Ладно, только быстро не обещаю. Быстрее всего через Интернет можно, а меня к нему не пускают. Думают, собаки в Интернете ничего не смыслят. Приходится тайком… по ночам в Интернет выхожу.
Барс заинтересовался сразу, и я ему объяснил, что такое Интернет и компьютеры.
— Да-а… умные люди, ничего не скажешь, далеко продвинулись. Вот только одного не пойму: если они такие умные, почему у них хвостов нет? В горах вообще без хвоста делать нечего: везде опасности подстерегают.
— У них верёвки есть, приспособления разные.
— Верёвки — это не то, они неживые. А кто от лавины спасёт? Мой хвост, например, любую опасность чувствует. Чуть что, сразу сигнализирует. С ним никакая лавина не страшна. Сколько раз мне жизнь спасал! Те же фирновые мосты сразу узнаёт.
— А это что такое?
— Фирновый мост-то? А это когда слежавшийся пласт снега расщелину прикрывает. Её и не видно — сугроб и сугроб. Провалишься, и выбраться бесполезно. Тот альпинист как раз на фирновом мосту провалился.
— Да, ты прав, альпинистам обязательно хвосты нужны, — согласился я.
— Ещё как! Я за ними давно наблюдаю. Браконьеров и охотников я терпеть не могу. Попадёт браконьер в беду — я ему хвост не подам. А вот альпинистов уважаю. Ты правильно сказал, хорошие люди. И в пургу, и в мороз наверх карабкаются. Иногда даже туда залезают, куда я не могу. По отвесным и набровым скалам… А без хвостов им туго приходится, сплошные мучения. В любой момент погибнуть могут. Да и простые лыжники сильно рискуют. Однажды я за ними из-за гребня наблюдал. Они на лыжах катались. И тут мне хвост сигнализирует, что скоро лавина сойдёт. Оранжевый уровень опасности. Я-то на гребне, в безопасности, а люди как раз на самой середине склона. Смотрю и удивляюсь: как же они не чувствуют? А потом догадался: у них хвостов нет. Хорошо, уже смеркаться начало — ушли они, а может, и почувствовали что-то… Очень я хотел, чтобы они ушли, внушил кое-какую тревогу…
Коля Никитин - Долголапый