— Вот здесь и заночуем,— Прыщ скинул потрепанную котомку на кучу битых камней и уселся сверху.
Бритва осмотрел место будущей стоянки с кислым выражением лица. Ему здесь совсем не нравилось. Второй этаж разрушенного дома, без одной стены и крыши. Сплошные унылые развалины и горы мусора. Да к тому же, где-то неподалёку, во тьме, тоскливо завывала неизвестная тварь, и это вызывало у Бритвы тревогу. А вдруг, ночью, она решит проверить, кто это здесь устроился на огонёк?
— Не бойся, — словно прочитав его мысли, усмехнулся беззубой улыбкой Прыщ.— Оно не опасно. Я останавливался здесь раньше с Куцым. Это чудище, тогда тоже скулило, и даже приползло ночью к костру. Пошуршало и убралось прочь.
Он суетился возле выемки в полу, облаживая её камнями.
— Поищи что-нибудь, что может сгодиться для костра, — сказал Прыщ, доставая из котомки небогатый провиант.
Бритва вздохнул и принялся копаться в мусоре. Прыщ был старше его, да и прожил на Дне достаточно долгое время. Но Бритве очень не нравилось, что тот им командует. Он вообще не очень любил когда им командуют и загремел на Дно именно из-за этого, когда не выполнил приказ своего сержанта.
В прошлом обычный стражник, привык к уважению, пусть и вызванному страхом. Раньше его боялись. Он, высокий широкоплечий детина, частенько превышал свои полномочия. Любил колотить нарушителей порядка и подходил к делу с душой, за что его невзлюбили даже его товарищи по службе. Они, конечно, тоже, были не прочь почесать кулаки об задержанных, особенно когда те не шли на контакт, но в прошлом Гансу (теперь Бритве) повод был не нужен. Достаточно было просто попасть в его руки, — и ты отбивная.
Бывшему стражнику не повезло, и теперь он расплачивается за свои грехи на Дне.
Он обшарил комнаты и нашёл обломки оконной рамы. Вполне сгодится для будущего костра. Так же, он обнаружил пыльный человеческий скелет в истлевшей одежде. Бедняга лежал в углу, свернувшись калачиком, и скорее всего умер от голода.
Вскоре они сидели возле робкого небольшого костерка. Огонь плясал и метался от сквозняка, и тени сидящих перед ним людей, дрожали на обшарпанной стене.
Когда помятый котелок показал дно, а в животах поселилась приятная тяжесть, Прыщ сладко потянулся и завалился на растеленый на полу плащ.
— Ты дежуришь первым. И смотри в оба. Это Дно. Здесь никогда нельзя расслабляться.
—Что это?!— спросил удивленно Бритва, и указал на дыру в стене.
Там зажёгся небольшой голубоватый огонёк. Потом ещё один. И ещё. Словно кто-то бродил рядом, с зажженной свечой в руке.
— Никто не знает,— сказал Прыщ, загадочно прищурившись. — Помнишь Быка, ну того, которого людоеды сцапали? Он был уверен, что эти огоньки, это души несчастных, что сгинули здесь.
Огоньки мерцали и плыли в темноте, на секунду замирали, или дрожали словно от ветра. Они совсем не давали света, и вокруг них разлилась тьма.
— Они меня нервируют, — мрачно нахмурив брови, произнёс Бритва.
—Не суйся к ним, а лучше вообще не смотри. Они вполне безобидны. Главное не провоцировать их,— сказал Прыщ, зевнул и повернулся к костру спиной.— Разбуди меня через три часа.
Вскоре Прыщ засопел, а Бритва сидел, и не мог отвести от странных огней взгляд. Он зло посмотрел на спящего. Наговорил жути, а сам спокойно дрыхнет.
Он отвернулся от огоньков подкинул в костер дров и замер. Он услышал тихое хихиканье и неразборчивый шепот. Он сидел стиснув зубы.
Эти проклятые паршивцы лезут ко мне в голову со своими просьбами! Бритва вскочил и схватил пустой котелок.
— Заткнитесь и убирайтесь прочь, иначе я за себя не ручаюсь! — зло прошипел он блуждающим огонькам.
Те к нему не лезли, но продолжали перемигиваться и шептаться в дыре за стеной.
Он спустился вниз по сбитым ступеням и котелком зачерпнул из лужи мутной и дурнопахнущей воды. Быстро вернулся к костру и стал напротив дыры в стене. Огоньки замерли, словно с интересом наблюдая за ним.
— Я вас предупреждал, — произнёс Бритва и плеснул воду из котелка в дыру.
Прыщ потянулся и открыл глаза. Костёр прогорел и погас, а Бритвы рядом не было видно. Он встал и огляделся.
Из дыры в стене послышалось идиотский смех и какой-то шорох. Прыщ сделал пару осторожных шагов и заглянул в дыру. После вздохнул и печально мотнул бородой.
— Я же говорил, не суйся к ним, парень.
За стеной, стоял Бритва с безумным, отрешенным лицом. Он снова и снова, набирал полный котелок камней и с хохотом высыпал их себе на голову. А вокруг него, хороводом кружились мерцающие голубоватые огоньки.