Все герои вымышлены, все совпадения случайны...
В пору архивной практики поняла, где хочу работать, когда вырасту. В этой профессии одни плюсы: мало людей, много древней ветоши и нет бабла (профилактика гордыни, однако). Воображала, как буду в темном хранилище перебирать вековые артефакты. И чтоб кругом никого. Боги, внимая моим просьбам, хохотали.
1. История конспирологическая
Утро. В пол уха слушаю очередное семейное предание товарища, скажем, Петрова, по опыту зная, что пока гражданин доберется до сути, можно прогнать в мозгах кучу задач. Семейная легенда Петровых о "подмененном деде":
В 1945 году дед возвратился с войны в родное село. Вроде, дед, а вроде и не дед. Мать служивого в дом пустила, документы проверила, на слово поверила, но сына в нем до конца не признала. Отпрыск изменился внешне, по ночам что-то шпрехал не по русски, путался в эпизодах своей довоенной жизни. Но за неимением иного "деда", сгодился и этот. В колхозе работал исправно, матери не перечил, внуками раз в год радовал. Через несколько лет был был убит в драке.
Гражданин Петров просит поднять фильтрационно-проверочное дело, полагая, что там есть ответы на все вопросы. Ну ладно.
Топаю за реликтом без энтузиазма. С точки зрения биографических сведений "фильтрация" почти что бесполезна. В лучшем случае там будет краткая биография, номер военнопленного да невнятный росчерк какого-нибудь энкеведешника. В худшем - куцая учетная карточка.
Дело толстое, необычное. Начало стандартное потом...хм, протоколы допроса. После освобождения союзными войсками, "дед" проваливает фильтрационную проверку и попадает под следствие. Выясняется, в плену Петров-старший был завербован гестапо и отправлен в разведывательно-диверсионную националистическую школу пропагандистов. Далее по схеме - в лагерь: слушать, смотреть, показывать пальцем. "Дед" сдает своих товарищей по "школе" и получает 25 лет ИТЛ.
Вопрос: кто, черт возьми, вернулся с войны? Смотрю на Петрова другими глазами. Из очередного чудика с теориями заговора в голове, он превращается в моего собрата, только что прикоснувшегося к тайне, которую нам не разгадать.
2. История суицидальная
Архивно-следственные дела репрессированных - отдельная тема. Сначала интересно, потом страшно, потом никак. В уши - Franz Ferdinand и погнали: "постановлением тройки УНКВД...расстрел, постановлением тройки УНКВД...расстрел, постановлением тройки УНКВД...расстрел...". И уже не трогают эти скульптурные лица духовенства, заляпанные кровью страницы с допросами и формулировки для жен "на 10 лет без права переписки", хотя еще вчера их мужей расстреляли.
Но есть истории, которые впечатываются в память надолго. Итак:
Студент Плотников хотел покончить с собой. Может, любовь. Может, дурак. Однако, бедолагу сопровождали сплошные неудачи: оружие достать не удалось, яд не подействовал. Парню в некотором смысле повезло. На дворе 37-й - смерть сама тебя найдет, милый.
Плотникову приходит в голову гениальная идея. Он регулярно наведывается в студенческую библиотеку, но не с целью просвещения, а для воплощения диверсионного плана. Хлопец принимается за порчу трудов партийных вождей. То Ленину рожки подрисует, то Сталину глаз выколет. Сколько томов мудрости парень загубил - неизвестно, но прилично. Спустя несколько месяцев на студента поступает донос, и парня, наконец, арестовывают.
Мера пресечения, анкета, протоколы допроса, обвинительное заключение... Дрожащими руками ищу приговор. "Постановлением тройки ...к 25 годам исправительно-трудовых лагерей...". Расстреливали и за меньшее, но Плотникову и тут не повезло.
Эх, хотела еще написать про старушку, которая превратилась в кошку, но, видимо, придется в другой раз)
Лайк и подписка на канал делают одного ТыжИсторика счастливым)
ЧИТАЙТЕ так же:
3 около-исторических сериала, которые можно глянуть без вреда для интеллекта