Чего там говорить, яблоки я воровал. А как иначе, если у тебя возле дома огромный сад. Ну как огромный? Деревьев двадцать. Но в пятом классе он казался огромным, особенно тогда, когда по этому саду бродил старый кавказец. Пёс был ленивым, но иногда матрос-сторож спускал его с цепи и тогда в собаке просыпался юный щенок, он носился по саду как угорелый, а уж если замечал в дальнем углу сада нас, то всё что нам оставалось, - бежать. И пятки сверкали, и мы мчались как угорелые, и ветер свистел в ушах, и такой весёлый ужас наполнял сердце, что казалось ещё мгновение и сердце выпрыгнет из груди и побежит, обгоняя тебя, к спасительному забору. А потом, еле отдышавшись, наперебой каждый беглец делился впечатлениями. И не было в мире яблочного варенья вкуснее, потому что… Собственно каждый знает, отчего такое варенье получалось таким вкусным. В нём жил дух этого приключения.
Я никогда не любил яблок. Жалко, что в саду не росла вишня или черешня. Но варенье я ел большой ложкой и мазал на бутерброды с маслом. Вкусное было время.
Яблоки всегда были этаким плодом искушения. Даже в армии. Моя часть стояла рядом с немецким яблоневым садом. И вот этот сад был по-настоящему огромным. В сентябре и октябре мы приезжали к саду на танке и собирали «урожай». По ночам. Ночные садоводы. Страх наказания был посерьёзнее укусов старого кавказца, но когда это останавливало молодого балбеса?
Невысокие, метра по два, деревья были усыпаны наливными плодами.
Это было давно, так давно, что сейчас кажется дымкой полузабытого сна. Я не ворую яблоки. Честно сказать, я по-прежнему не очень-то их люблю. А пару лет назад, путешествуя по знаменитой яблоневой дороге возле Боденского озера, я был потрясён, увидев во что превратились немецкие яблоневые сады. Тонкие ветки, торчащие из земли, подвязываются к проволочным нитям. Яблок на них много, но это вовсе не деревья. Волшебство старого, доброго, щедрого яблоневого сада исчезло, остался строгий функционал. Печально. Это очень печально. В таком саду не бродит старый и ленивый кавказец, в таком саду нет сторожа – моряка срочной службы, из таких яблок никогда не получится самое вкусное варенье, потому что никому не придёт в голову воровать на этой плантации плоды машинных технологий.