Ира жила с Борисом. Так он сказал. Я его не пустил в квартиру. Прежде чем уйти, он с ехидной улыбкой обрадовал меня напоследок: «А ещё она жила с Лёликом, Иваном и Ашотом». Чего он хотел этим добиться? Отомстил? Кому? Слабой женщине? Получалось, что у Иры был не только Андрей, но и ещё Борис, некий Лёлик, Иван и Ашот. На следующий день я рассказал о визите Бориса Ире. Она расплакалась, закурила. Я понял, что она сильно его любила, а он трепал ей нервы, изменял ей с другими женщинами. За что женщины любят таких чудаков? Только за их красоту? Это же так глупо.
Я уже написал половину своей нетленной рукописи. В институте надо мной посмеивались: как же, кандидат наук живёт с какой-то медсестрой. Мне было плевать на эти насмешки. А одну насмешницу секретаршу Олесю я наказал, ту самую, про которую ничего не помнил. Я поимел её во время очередной попойки в честь дня рождения Костика прямо в туалете поздним вечером бесцеремонно и безжалостно, показав ей, кто главный альфа-самец в нашем институте, над которым смеяться не благоразумно.
А потом настал 91 год. Развал страны. Развал всего. О науке и образовании власти как будто забыли. Это было время настоящего почти что голода. Ира зарабатывала больше меня. Я не мог терпеть этот позор и пошёл по ночам разгружать вагоны. Ночью мне накидывали мешки с цементом или с чем-то ещё очень тяжёлым на спину, и я их тащил к машине. Кого только не было среди нас: студенты, бомжи, алкоголики, жаждущие заработать на вожделенную бутылку, военные офицеры, наркоманы, врачи и учёные. Это было адское время. Я приходил под утро домой обессиленный и падал мордой в подушку, проваливаясь в глубокий сон работяги. Ира перестала мне напоминать про замужество и о детях. Было не до этого. Командовал нашей бригадой грузчиков один круглолицый отвратный тип Петя. Про таких в народе говорят козлиная морда. Ребята называли его Петя Чухан. И не зря. Как-то его начальники дали ему команду составить список всех грузчиков и выдавать деньги строго по этому списку. Петя приехал под утро на красном 412-ом москвиче с бабками и списком. У него был такой важный вид, будто он приехал на мерседесе. «Никон Карпов» - зачитал он мои фамилию и имя, после чего заржал, как настоящий козёл. «Это что ж за имя такое дурацкое?» «Означает побеждающий», - ответил я и срубил его правой рукой, так что Петя отскочил далеко назад. Я наступал на него. Петя поднял кусок трубы с земли. «Ты чего терпила возомнил о себе?» - прошипел он. Я готов был вырубить его с ноги так, чтобы он уже не встал, но меня сзади схватили ребята-грузчики. Они хотели получить деньги и поскорее поехать домой. «Тебе конец, учёный», - пригрозил мне Петя. «Ты просто не понимаешь, кого ты оскорбил. Ты не понимаешь, кто за мной стоит. Придурок».