Марина выглядела ужасно - бледная с погасшим взглядом на больничной койке. Я корил себя за всё это. Что же я натворил? Но какой-то Змей внутри меня напоминал то и дело о той самой злополучной ночи, когда всё и началось. Марина сама забралась ко мне в палатку и сделала первый шаг. И всё равно меня мучило чувство вины. Я больше часа разговаривал с Мариной, пытался убедить её, что на чужом несчастье счастья не построить, твердил прочие банальности. Не знаю услышала ли она меня, поняла ли? Сердце и ум женщины - это та ещё загадка.
Я уже начал преподавать в институте и был к этому времени совсем испорчен морально. Как говорится, стоит коготку увязнуть и всей птичке конец. Жена стала со мной несколько более отстранённой, хотя в постели у нас снова всё наладилось, но мне как будто хотелось чего-то ещё. Я боялся повторить опыт с Мариной, только это меня и сдерживало. Зато я стал чаще прикладываться к бутылке. Мир мне казался серым и скучным. В преподавательской работе я несколько разочаровался. Приходилось рассказывать то, что знал досконально, а мне хотелось заниматься исследовательской работой. Я уже был кандидатом наук. Можно было подавать документы на докторскую, но меня так засосала рутина, что я не знал, хватит ли у меня сил на неё.
В конце весны во время одной из попоек в институте с преподавателями и студентами старших курсов случилось нечто страшное. Я согрешил с двумя студентками пятого курса Катей и Вероникой. Катя закрыла ключом одну из аудиторий на ключ. В ней всё и случилось. Хорошо хоть они были совершеннолетние. Иначе бы мне пришлось свести счёты с жизнью. Я был сильно пьян и готов был пойти на любую глупость. После того случая я хотел бросить пить совсем, но сразу и быстро это сделать не получалось. Привычка к расслаблению мозга и духа алкоголем глубоко врезалась в моё сознание и подсознание. С Катей я ещё время от времени закрывался в аудитории. У нас ней случилось что-то вроде того, что называют химией.
Из-за алкоголя со мной однажды случился страшный конфуз. Накануне ближе к ночи я вернулся домой совершенно пьяный. Жена никогда не осуждала меня за это, но устраивала мне что-то вроде лекций о вреде алкоголизма и лечила теплом и заботой. Я клялся бросить это вредное дело и заняться спортом. Так вот, возвращаясь накануне домой вдребадан пьяным, я забыл проверить карманы своей одежды и портфеля на наличие улик моих преступлений.
"Ник!"
Я проснулся от жуткого вопля Нины. Голова и так раскалывалась от похмелья, а тут ещё её крик.
"Что это?!"
Жена тыкала мне перед носом двумя презервативами. Надо отметить тот факт, что с ней мы никогда не использовали это изделие.
