Мои человеки – хозяевами просто язык их не поворачивается назвать, до того бестолковые, жуть! – вечно какую-то живность подбирают. Как будто им меня с Томом недостаточно. Ну вот, однажды, приперла маман домой очередное сокровище. На вид совершенно жуткое, я даже не сразу и понял, что это кошка.
Но ее нельзя кошкой-то назвать, это оскорбление для настоящих котов. Эта такое мелкое, вытянутое и довольно скользкое на ощупь, темно коричневое нечто с длинным хвостом, как у крысы, и большими стоячими ушами, узкой мордой и длинными тонкими лапами и с ужасными когтями. Называется ориентальная кошка. Кошмар, в общем.
И приносит однажды к нам - в дом!!!! - маман эту нечисть, выпускает и говорит – ее зовут Малька, то есть не Малька, а как-то длинно, никто теперь не помнит, как ее по-настоящему зовут. Она шасть ко мне. Ну, просто дьяволица какая-то.
Я от возмущения запрыгнул на чердак (я и так куда хочешь запрыгну, а тут стимул появился), прокричал маман, чтобы она эту какашку шоколадного цвета немедленно убрала, и решил не спускаться, пока ЭТО в доме.
Том – тот увалень, возмутился, конечно, но против человеков он не выступает. Не умеет с ними правильно обращаться. Даже поорать толком у него не получается.
Но люди иногда так упираются, такие бывают непробиваемые – хоть умри. Ну, просидел я на чердаке неделю.
И что вы думаете? Так они эту вонючку и оставили. Я сидел на чердаке, сидел, пока не устал, наконец, спустился. Но ее даже на метр к себе не подпускал.
Неделька прошла и тут-то они поняли, что за гадость принесли. Эта страшилище заболело, и стало, пардон, поносить, да еще как – все вокруг обделывала, самим хозяевам не до смеха стало. Гадила везде, из нее просто текло, к каким только врачам они ее не возили. Пол она уделывала – это еще ничего.
Ой, как вспомню, так вздрогну. Я потребовал отдельный лоток и мое требование было удовлетворено, правда, Тому я туда ходить разрешил, а ЭТУ гнал со страшной руганью.
И вот вместо того, чтобы отцепиться от меня, эта идиотка стала ходить за мной хвостом. Я только и делал, что охранял свой лоток от ее поноса. Не всегда успевал, но тогда орать начинал, чтобы все убрали.
Некоторые советовали им отправить эту дохлячку в лучший мир, я, правда, грех на душу не брал, но уж возражать не стал бы….
А это чучело ходит по дому, задница – как у орангутанга, никогда не видел такой красной задницы. Я освоил чердак – забирался по притолоке двери маман и наслаждался покоем, свежим воздухом, правда, скучновато, одному-то там играть. С трудом Тома подбил. Тот долго примеривался, но однажды заполз….а вот спрыгнуть боялся.
Я прыгал – хоть бы что, хотя маман ругалась, что она ночью просыпается от грохота, с которым я спрыгиваю. Только когда Том стал спрыгивать с грацией кабана и дом сотрясался, она поняла, что зря на меня бочку катила. А мы с ним от Мальки на чердаке прятались.
Но тут они какого-то чудо врача нашли, что-то она там ей диагностировала, ей лекарства прописали, и тут только наша красотка отпоносилась. Я даже слегка расслабился.
Но на чердак забираться не перестали. Наша шоколадка-какашка туда залезать боялась. И замечательно. Поносить перестала, но зато облысела сверху. Жаль, что не вся лысая стала – может, отдали бы ее. Хотя маман ни за что никого не отдаст – еще и расстроилась, что она так болела.
Ну вот скажите, они в своем уме были, когда взяли к нам и подпустили ко МНЕ такое вонючее чудо?