Костюмный фильм, довольно масштабный для своего времени, безусловно красивый и очень красочный, без полутонов. Современный, привыкший к спецэффектам взгляд, конечно же, заметит наигранные потуги Мордреда вытащить картонный меч, облепленный фольгой, из камня, с которого Мерлин сдирает пластиковый плющ, или на то, как Ланселот одним движением руки валит пенопластовый камень вечного Стоунхенджа.
Но разумный зритель, тем не менее, должен сделать скидки на год создания фильма. :)
Эта экранизация романа Мэлори "Смерть Артура" являет собою почти безумное смешение стилей и эпох; рыцари и дамы, одетые по моде 13 века, спокойно сосуществуют в одной временной плоскости с римлянами, спешно покидающими Британию, и дикими пиктами в звериных шкурах, а также с мощными церковными веяниями, да еще и накануне саксонского завоевания. Моргану (Энн Кроуфорд) мы увидим блондинкой с мелкими недобрыми чертами лица, Мордреда - ее злобным мужем, Гвиневру (которую сыграла сама Ава Гарднер) - роскошной брюнеткой, а Мерлина - несколько нелепым и неповоротливым стариком, в добродушном лице которого трудно предположить почти демоническую изворотливость и вековую мудрость "первого министра" короля Артура. Неудивительно, что его уберут с дороги самым бездарным способом, который только можно соотнести с Мерлином.
Ланселот (красавец-брюнет Роберт Тейлор), как ему и полагается, полон одухотворенной брутальности, безукоризненно честен, беззаветно влюблен, безнадежно женат и истерзан муками совести, но твердо намерен соблюсти равновесие между своим платоническим романсом с Гвиневрой, бромансом с Артуром и общей преданностью Англии (почему-то в фильме упоминается именно Англия, а не Британия), а потому стоически переносит все выпадающие ему горести, не забывая переживать муки адовы с выражением высочайшего вдохновения на лице.
Слабым звеном в кастинге является, увы, Артур (впрочем, он почти во всех экранизациях - слабое звено). У Мела Феррера, конечно, большие и светлые глаза истинного великомученика, но "артуристого" в нем ничего нет, нет даже фанатичной преданности делу - есть одно неиссякаемое страдание и бездействие за кадром и в кадре, пока его рыцари развлекаются и режут пиктов. Какие рыцарские доспехи - даже корона кажется слишком тяжелой для такого Артура. Неудивительно, что женщина в цвете лет и красоты Гвиневра дарила призывные и многообещающие взгляды первому рыцарю и даже закатывала ему сцены ревности, подзабыв, что некоторое время назад сама отправила его в объятия другой, руководствуясь интересами страны. Даже жаль, что в финале эту пару не ждет воссоединение по-голливудски. :)
Большинство сюжетных линий в фильме оборвано или беспощадно (а иногда и не слишком умело) обрезано, особенно пострадала фабула с Граалем. Хотя на воодушевленное лицо Персиваля (Гэбриэл Вульф) дают такую подсветку, что в самом деле кажется, будто парню открылась благодать Божия; но от этого не становится яснее, зачем вообще Грааль во всей этой истории, которая прекрасно обходится и без артефактов, выезжая на знаменитом любовном треугольнике. Впрочем, пересказывать артуриану (даже по Мэлори) за два часа экранного времени - занятие крайне неблагодарное. Изо всех рыцарей Круглого Стола, вынесенных в заглавие, сколько-то развернуться дают одному Гавейну, прочие едва успевают мелькнуть в кадре или удостаиваются максимум упоминания о своем существовании. И на том, как говорится, спасибо. :)
Впрочем, находится место неплохому юмору, как нельзя лучше характеризующему, например, Гавейна, который аккуратен, как медведь у пчелиного улья. А вот фраза Мерлина: "Я был приемным отцом мула" - увы, никак не сочетается с мученической физиономией Артура-Феррера.
Персонажам трудно сопереживать, ибо страсти, разыгрываемые перед нами, в соответствии с традициями кинематографа того времени нарочито театральны и лишены модной нынче составляющей под названием "химия". Эмоционально приближена к современному зрителю только болезненная и трепетная, смешная и от этого особенно трагичная крошка Элейна из Астолата, живущая в мире собственных фантазий и снов, до последнего вздоха влюбленная в своего Ланселота, в чьем отношении к жене можно углядеть в лучшем случае тень настоящего чувства. Какая из нее соперница Гвиневре! Впрочем, у Элейны все равно не было ни времени, ни возможности разобраться в тонкостях отношений.
Чем же особенно ценен фильм Ричарда Торпа, несмотря на всю его избыточную театральность?
В нем в полной мере передано чудовищное одиночество, в которое неизбежно погружен человек такого масштаба, как Артур, даже если весь его масштаб старательно изживают при помощи кастинга и сценария. Человек, стремящийся вытащить страну из хаоса, придать стихийным течениям ее формирования стройность при помощи закона, уравнивающего короля с крестьянином, - и ни в ком не находящий - за исключением, может, Мерлина - истинного понимания своих стремлений. Рыцарей интересует хорошая попойка и славное побоище, жену интересует ладно скроенный рыцарь, сестру интересуют семейные дрязги и драка за трон, крестьян интересует урожай; кто-то ищет Грааль, кто-то - любовь, кто-то приключений - и только Верховный Король всех бриттов ищет опору для государственного строя, где главенствовали бы совесть и равенство, на которые остальным, по большому счету, совершенно наплевать. Воплощением красивых слов пусть занимаются мечтатели.
Подписывайтесь на мой канал, если любите артуриану и ее героев так же сильно, как люблю их я :)