Итальянский писатель и историк искусства Константино д'Орацио опубликовал ряд книг, посвященных секретам Рима и знаменитым итальянским мастерам живописи, скульптуры, архитектуры – Леонардо да Винчи, Рафаэлю, Караваджо, Микеланджело и другим. С 2015 года он является постоянным куратором Музея современного искусства в Риме, ведет несколько рубрик по истории итальянского искусства на радио и телевидении. В прошлом году состоялась первая презентация его книг в России и личное знакомство с автором. Пока всего две книги – «Таинственный Рафаэль» и «Таинственный Леонардо» – первыми пришли к отечественному читателю, но зато сразу же стали исключительно популярны.
Трудно сказать, монографии это или романы: настолько глубоко, информативно и одновременно увлекательно написаны тексты, погружающие нас в перипетии личных биографий живых творческих людей и в подробности их изысканного мастерства.
«Единственная цель, которой Рафаэлю не удалось добиться – стать кардиналом. Это было бы достойным завершением удивительной, сверхъестественной жизни: он работал больше всех художников и скульпторов своего времени, заработал больше многих предпринимателей, его любили самые красивые женщины, и он не отказал себе ни в одном земном удовольствии. Из сына ремесленника он стал изысканным придворным, самостоятельно пробившимся из провинции к самому престижному двору своей эпохи. Должно быть, он с огромным нетерпением ждал кардинальского сана. Он отказался от создания семьи, даже когда ему предложили превосходную партию. Может, он даже надеялся стать папой римским… Зная его умение завоевывать всеобщее доверие, можно быть уверенным, что ему удалось бы и это. Но после целой серии успехов и достижений ранняя смерть неожиданно унесла Рафаэля, не позволив осуществить до конца все его мечты. После исповеди и покаяния он завершил свой жизненный путь в день своего рождения, в страстную пятницу, тридцати семи лет от роду. Надо полагать, что душа его украсит собой небесную обитель подобно тому, как он своими талантами украсил земную. А нам в наследство достались его неподражаемые шедевры – и они смягчают любую горечь».
«Миф о Леонардо родился сразу же после смерти художника, в течение столетий его сознательно подогревали дерзкие, а иногда и лукавые исследователи. В распоряжении ученых до сих пор имеется очень мало документов, относящихся непосредственно к работам Леонардо, и они основываются главным образом на …его собственноручных записях. Тысячи листов бумаги, представляющие собой, на первый взгляд, верный способ проникнуть во внутренний мир художника, на самом деле более напоминают дремучий лес, в котором легко стать пленниками бесконечного ряда сомнений и вопросов без ответов. Нагромождение коварных загадок в его шедеврах, его знаменитые зашифрованные записи на протяжении столетий очаровывали и создавали непреодолимые преграды. Запутанным клубком слов, написанных наоборот, заметками, рисунками, брызгами, загадками, планами и портретами испещрены почти тринадцать тысяч листов. В разное время Леонардо делал записи на одних и тех же бумагах, которые сгибал, превращая их в маленькие записные книжки для удобного ношения в кармане и мгновенной фиксации всего, что пришло в голову. Здесь карикатуры соседствуют с чертежами диковинных механизмов, а алгоритм Евклида начертан поверх перечня расходов. Все, что да Винчи писал или рисовал, до такой степени полно недоговоренностей и противоречий, что опасность неверного истолкования постоянно подстерегает нас. Любая попытка привести в порядок бесценные сокровища обречена на поражение».
«Цветы у Леонардо служат не только для украшения картины, они свидетельствуют о том, насколько пристально он всматривается в окружающий мир. Если Боттичелли поместил на картине «Весна» более пятисот видов растений, взятых из бесконечного каталога средневековых гербариев, то да Винчи создал свой собственный ботанический перечень, представленный огромным количеством рисунков. Среди них почти не встречаются простые наброски или эскизы, это, по большей части, этюды с натуры, на которых нанесены тени и солнечные блики, представлены разные варианты одного цветка, а само растение изображено с различных ракурсов. Для него это живые существа, к которым Леонардо относится с таким же вниманием, как к изображению лица, тела, или руки. Они не просто присутствуют на картине в качестве абстрактных символов, но обладают собственной индивидуальностью.
Достаточно взглянуть на лилии в руке ангела в «Благовещении»: они все разные, были сорваны на разных стадиях цветения, а каждый из пестиков, возвышающихся среди лепестков, не похож на другой, точно так, как это происходит в реальности».
Д’Орацио Костантино Таинственный Рафаэль.\пер. с итал. Р.Евстифеевой. – Москва: Эксмо, 2018. – 224 с.: ил. – (Таинственное искусство)
Д’Орацио Костантино Таинственный Леонардо\пер. с итал. И.Ярославцева. – Москва: Эксмо, 2018. – 304 с.: ил. – (Таинственное искусство)