В поисках натуры
Олег Колосов с утра начинал свой рабочий день, посещая людные места в поиске людских образов для выполнения эскизов для картины. Он был художник, причем хорошим. Его картины – будь то портреты, сцены частной жизни, да и работы на заказ были востребованы и приносили стабильный доход. Денег хватало на содержание жилья и мастерской и на «хлеб с маслом».
Задумал он написать несколько композиций на тему Куликовской битвы, зная, тема давно исчерпана другими талантливыми собратьями по кисти. Однако творческие личности, коей и был Олег одержимы своими желаниями, не боятся трудностей. Места посещений не давали желаемых результатов – люди, куда - то спешащие были, какими - то безликими, буднично одинаковыми и не годились в качестве натуры.
Строительный объект как Вавилон
Один из хороших знакомых посоветовал Колосову пройтись по строительным участкам, коих в городе было немало, объясняя свое предложение тем, что на стройки едут люди из далеких мест, люди разные - что ни будь и найдёшь. Дал телефон прораба одной из строек, предварительно похлопотав за Олега.
Наутро, поев, что Бог дал, ибо готовить было некому. Колосов был разведен – жена, уставшая от «творческого» беспорядка и привода натурщиц, без скандалов и истерики ушла к другому – совсем не художнику. Олега информировали о рождении ребёнка в новой семье, и он желал добра бывшей супруге.
На стройке прораб указал ему место, где Олег мог бы наблюдать за ходом строительства, не нарушая техники безопасности – зашибут ненароком. Бригада строителей, почти все таджики, возглавляемая бригадиром хлопотливо готовилась к рабочему дню. Олег отметил бригадира, которого все звали Ахметом.
Ахмет отличался от своих подопечных манерой поведения, неспешностью человека знавшего себе цену, лицо выдавало в нем утонченность и породу одновременно. Как потом узнал Колосов, у себя на родине Ахмет занимал руководящий пост, да вот судьба распорядилась по своему, превратив его в гастарбайтера. Художник ещё два дня ходил на строительный участок, продолжая делать эскизы с Ахмета. Зарисовывал мягким карандашом мимику, жесты, осанку в движениях, Ахмет, не зная, что за ним наблюдают (ну сидит себе человек и сидит), может нормировщик проводит хронометраж, вёл себя естественно, что очень важно при позировании. Эскизы отображали действительность происходящего.
Влияние искусства
Картина была дописана и выставлена для показа и возможной продажи. На фоне ожесточенной баталии в центре выделялся сюжет. Старый ратник – русич, мощным движением пронзает, мечем грудь татарского знатного воина, доспехи которого выдавали в нем человека ханского рода. С неописуемой мукой страдания и обреченности на красивом породистом лице, молодой хан встречал свою смерть. Разомкнутые в последнем крике губы обнажали ряд белых зубов. Ещё красивый и молодой воин через миг превратится в ничто.
Русский воин тоже обречен – над ним занес кривую саблю могучий телохранитель хана. Перед картиной останавливались посетители выставки, обсуждая и восхищаясь мастерством художника. Потом у картины оказалась небольшая делегация, глядя на лица, которой видно было, что они азиаты. Показывая пальцем на изображенного хана, оживлённо спорили, кивали головами. Один из них, поискав глазами, нашел Олега стоящего поодаль, попросил его подойти к картине.
Подошедшему художнику сказали, что персонаж, изображенный на картине как две капли воды похож на бывшего несправедливо разжалованного знатного чиновника республики, откуда и приехала делегация. Олег ответил, что это случайное совпадение и написанное им лицо плод его художественного воображения. Вот так с ним и разделались – проговорил кто – то из делегации, думая о своём. Картину всё равно купили, другие ценители искусства.
Олег потом, получив деньги, засобирался поехать на стройку отблагодарить Ахмета. На строительном участке знакомый прораб с горечью сообщил Олегу – погиб Ахмет. Обрезанный сварщиком кусок арматуры, с большой высоты падая, поразил проходящего в запретной огороженной зоне Ахмета. Скользнув по каске (оставила отметину), арматура вошла в тело между левым плечом и ключицей, поразив в самое сердце. Приехавшая комиссия нашла виновным самого пострадавшего. Олег, чувствуя себя виноватым, пытался дать объяснение произошедшему, но, не веря в связь времён, успокоился.