Амстердам, как известно, самый свободный город Европы. Быть здесь и не побывать в районе красных фонарей? Машину оставляем в подземном гараже, полностью автоматизированном. Оплата через кассовый автомат, квитанция при выезде вставляется в аппарат, который открывает шлагбаум. Очень удобно и дешевле, чем на улице. Основная проблема — найти свой автомобиль в этом огромном подземелье.
Ищем красные фонари. Спрашиваем у одного прохожего, у другого — как-то неуверенно объясняют. Проходим мимо велостоянки — мужчина копается с велосипедом, спрашиваем у него.
— Некогда мне, я велосипед ворую...
— Sorry.
А что еще скажешь? Наконец нашли.
Узкая улочка, первые этажи и справа, и слева смотрятся как большие, хорошо освещенные аквариумы, а вместо золотых рыбок в каждом стоит девушка в купальнике из двух элементов. Идем, вращаем головами направо-налево. Некоторые девушки улыбаются, делают приглашающие движения. Другие вообще на тебя не смотрят. Иногда окна зашторены и света нет.
Дошли до конца улочки, возвращаемся по параллельной. На ней встречаются маленькие магазинчики с видеофильмами, с разными, я бы сказал, протезами и прочим. Есть «аквариумы» и на втором этаже. В одном из них — ну очень полная женщина лет сорока, а может, и старше.
Мужчина, идущий нам навстречу, подходит к одному из «аквариумов», девушка открывает дверь, он что-то спрашивает. Она отвечает: «Пятьдесят гульденов, не более пятнадцати минут». Вспоминается рассказ Рихарда: здесь нужно оговаривать, хотя бы на языке жестов, что хочет клиент, иначе возникнет ситуация, что он заплатит еще пятьдесят за то, чтобы снять трусики, и еще столько же за то, ради чего, собственно, пришел. Бизнес...
После прогулки по самой необычной части ночного Амстердама было приятно усесться в маленьком тайском ресторанчике. Симпатичная смуглая хозяйка, негромкая восточная музыка, мы единственные посетители. Пока она готовила что-то очень восточное, к нам подошел ее разговорчивый boy-friend и развлек нас занятными историями. Вот одна из них. 27 декабря прошлого года ему исполнилось 27 лет. В этот день он помогал, как обычно, на кухне и готовил блюдо из раковин типа мидий. В одной из них нашел ровно 27 жемчужин. Жемчужины были простые, не драгоценные, но его потрясло количество совпадений, и он позвонил в редакцию местной газеты. Приехал корреспондент, сфотографировал жемчужины и его с хозяйкой ресторана, написал об этом статью. Он с гордостью показал нам газету со статьей и фотографией.
Пока он говорил, на столе появилась тарелка с тремя белыми трубочками, из которых густо валил пар. Мы ломали голову, что бы это могло быть. Я неуверенно предположил: «Может, это полотенца?» Леонид задал вопрос хозяйке — получилось, что я угадал. «Что-то очень восточное» оказалось дарами моря с тремя разными соусами. Друг хозяйки рассказал нам историю здания, в котором находится ресторанчик. То, что оно деревянное и очень старое, было заметно, но то, что оно — одно из тех, с которых начинался Амстердам, стало для нас приятной неожиданностью.
НАРКОТИК В ЗЕЛЕНОМ КОРИДОРЕ
Последнюю ночь провели в гостинице недалеко от аэропорта. Номер двухкомнатный, но с двумя спальными местами. Для третьего привезли раскладушку — не наш алюминиевый каркас с брезентом, а большую складную софу на колесиках. В комнатах по телевизору и бару. При попытке исследовать бар выяснилось: взяв банку напитка, чтобы прочитать то, что на ней написано, назад ее не положишь. «Тронул — ходи». А тут: взял — плати.
На стене — регулятор кондиционера: температуру можно установить по желанию с точностью до одного градуса. Ручки управления водой в ванной расположены одна над другой: первая регулирует напор воды, а другая — со шкалой Цельсия — ее температуру. Кафельный пол подогревается, причем самое теплое место — у стоящих в ряд голубого толкуна и биде. На ванне и на стене рядом с ней металлические ручки, как в трамвае.
Так как утром важно было не проспать (ведь самолет ждать не будет), я кроме своих наручных часов с будильником установил будильник на приемнике, вмонтированном в тумбочку у кровати, и в телевизоре. Первым сработал телевизор, и плавно нарастающая громкость заставила начать утро с пробежки до него, а от него — до тумбочки, где проснулся приемник.
В аэропорту сдали арендованную машину. Входная дверь в здание вокзала вращается сама по себе, если минуты три никто не проходит, она останавливается. Но как только кто-то к ней подходит, она снова начинает крутиться. Стеклянные потолки самооткрывающиеся, как в теплицах. Чем выше температура в зале, тем шире открывается рама. Всюду видны свободные тележки для перевозки багажа. Тележку можно взять, довезти свои вещи куда нужно и там оставить ее. И не платить.
Все, пора домой. Моментально проходим паспортный контроль и по длинному переходу попадаем в самолет.
«Пролетели незаметно три часа», — цитирую сам себя, свои «стихи» на пути в Голландию. А мы уже в Шереметьево -2. Идем по «зеленому коридору»: у нас нет ни оружия, ни наркотиков. Разве что впечатления. Но этот наркотик можно ввозить.
