"Я человек, и во мне непрерывно действует милость, истина и правда Божия. Бог то милует и утешает, то наказывает и опечаливает меня скорбями за внутренние, противные Ему душевные движения. Но подобных мне людей - полна земля. Значит, и в них Господь являет Свою милость, истину и правду, подобно как во мне. Он действует во всех". Св. Иоанн Кронштадтский "Моя жизнь во Христе" Высокое призвание истинного пророка не может быть несопряжено с высочайшим нравственным уровнем, с чистотою сердца, с личной святостью. Святость жизни и требовалась от пророков с первых лет христианства, они должны были иметь "нрав Господень". Именно такой нрав отличал праведного Иоанна Кронштадтского. Случаи его прозорливого вмешательства в судьбы людей столь же многочисленны, как и поразительные исцеления. Вот лишь один из них. Молодой офицер Павел Плиханков должен был повидать в Москве отца Иоанна. Плиханков зашел в алтарь, где отец Иоанн переносил Святые Дары с Престола на жертвенник. Увидев офицера, он вдруг поставил Чашу, подошел к нему и поцеловал его руку. Произошло замешательство, офицер смутился. Потом присутствующие стали говорить, что это, должно быть, означает какое-то грядущее событие его жизни, например, он станет священником. Офицер только рассмеялся: ему это и в голову никогда не приходило. Тем не менее он стал не только священником, но и монахом-схимником.
У одра умирающего императора
Император Александр III, прозванный Миротворцем, глубоко доверял всенародной славе кронштадтского молитвенника. В историю вошли государевы слова, сказанные чудотворцу: "Я знаю, кто вы и что вы!"
Император любил все русское: речь, одежду, самобытные песни, которые вышли при нем из забвения. Сам он был похож на былинного русского богатыря -- высокий, могучий, с величественной осанкой и твердой поступью, спокойный, выдержанный, миролюбивый. Он был отцом последнего царя-мученика Николая II.
На военном корабле прибыв в Ялту, отец Иоанн сразу же отправился в малую церковь служить заздравную литургию. Весть о пребывании в Крыму отца Иоанна мгновенно распространилась по всей округе, и дом, где он жил, стал осаждать народ.
Вскоре отец Иоанн исцелил парализованного татарина, которого привезли на арбе. После того как батюшка помолился с его женой, сказав ей: "Будем молиться вместе: ты молись по-своему; а я по-своему", татарин встал и сам пошел...
10 октября император встретился с отцом Иоанном.
"Государь встретил меня стоя, в шинели, хотя сильный отек ног не позволял ему стоять. Я приветствовал его..."
После этого посещения Александру III стало настолько лучше, что все стали надеяться на выздоровление. 17 октября Ялта особенно оживилась: улицы запестрели флагами, отовсюду несся колокольный звон, призывая всех к молитве за здоровье царя.
Русские люди, вспоминая чудесное спасение государя с семьей в этот день в 1888 году, молились и теперь о спасении его от новой грозной опасности - тяжкого недуга. Отслужили и панихиду по убиенным во время того страшного крушения под Харьковом, когда царский поезд сошел с рельс. Крыша вагона, в котором во время обеда находилась царская семья, стала проваливаться, и император принял на свои могучие плечи падающую крышу и держал ее до тех пор, пока его жена и дети не выбрались живыми и невредимыми из-под обломков.
18 октября у государя резко ухудшилось самочувствие, но он не жаловался и не терял самообладания, хотя знал, что умирает.В роковой день 20 октября 1894 года император пожелал встретиться с отцом Иоанном. "Я поспешил явиться, - записал батюшка, - тотчас по совершении литургии и оставался в Высочайшем присутствии до самой блаженной кончины Государя. Государь Император выразил желание, чтобы я возложил мои руки на главу его, и я долго держал их. Государь находился в полном сознании, просил меня отдохнуть, но я сказал, что не чувствую усталости, и спросил его:
-Не тяжело ли Вашему Величеству, что держу долго руки мои на голове Вашей?
* Напротив, мне очень легко, когда Вы их держите, - сказал он.
* Потом ему угодно было сказать:
* - Вас любит русский народ.
- Да, - отвечал я. - Ваш народ любит меня.
"Душа Помазанника Божия тихо отошла к Господу, и я снял руки свои с главы его, на которой выступил холодный пот. Мир душе твоей, Великий Государь и верный слуга Царя царствующих! Не плачь и не сетуй, Россия! Хотя ты и не вымолила у Бога исцеления своему царю, но вымолила за то тихую христианскую кончину, и добрый конец увенчал славную его жизнь, а это дороже всего!"
Отчего же столь великий чудотворец, как отец Иоанн, не мог исцелить царя, хотя в то же время исцелил больного магометанина?.. Напомним, что Господь не всегда исполнял молитвы даже Первоверховного апостола Своего Петра, и дело не в силе молитвы. Смысл всего надо искать на путях неисповедимого Промысла Божия, где смерть императора была предрешена, и ничто не могло изменить его судьбы, которая была сплетена с судьбой мира.
Отец Иоанн писал в одной газете: "Я мертвых воскрешал, а Батюшку-Царя Александра III не мог у Господа вымолить. Да будет на все Его Святая воля".
Пророк в своем отечестве
Началась эпоха последнего российского императора, царя-мученика Николая II, которого его великий отец Александр III в своих заветах предупреждал:
"Помни, у России нет друзей. Нашей огромности боятся".
Идеолог марксизма Лев Троцкий в своих воспоминаниях признавал, что больше всего Советы боялись, чтобы не был провозглашен царь, ибо тогда было бы неизбежно падение советской власти. Отчего же так? На это недвусмысленно отвечает святой Иоанн Кронштадтский:
"Да, чрез посредство державных лиц (царей, помазанников Божиих) Господь блюдет благо царств земных и особенно благо мира Церкви Своей, не допуская безбожным учениям, ересям и расколам обуревать ее. И величайший злодей мира, антихрист, не может появиться среди нас по причине самодержавной власти, сдерживающей бесчинное шатание и нелепое учение безбожников".
Множилось число внешних врагов самодержавной России, однако самый главный враг таился в душе народа. Многократно отец Иоанн в проповедях своих грозно пророчествовал и громогласно взывал: "Кайтесь, кайтесь, приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!" Он не говорил, а кричал, поднимая руки кверху. Впечатление было потрясающее, ужас овладевал присутствующими, и в храме раздавались плач и рыдания. Игуменья Таисия, восьмидесятилетняя старица, как-то спросила отца Иоанна: - Когда же, батюшка, это время будет? - Мы с тобой, матушка, не доживем, а вот они, - он указал на монахинь, - доживут.
Источник: