Когда и почем “Денди” стала вашей?

В паре дискуссий о ретро-гейминге я увидел людей, для которых 8-битки и 16-битки – это история не из девяностых, а из нулевых. Соответственно, они не застали дорогие пиратские игры для этих консолей, только дешевые. Зато они застали массовый перевод этих игр на русский, массовое производство левых даунгрейд-портов с 16-биток на “Денди” и портативку Sega Mega Drive Portable с миниатюрными картриджами и библиотекой мегадрайва. То, о чем геймеры девяностых просто не знают, потому что они в это время уже чиповали PS2 или играли на PC (в том числе и в эмуляторы SNES). С другой стороны, я всегда удивлялся, откуда ностальгия по 8-биткам (в хорошем смысле) и отличные знания об этих играх у людей, которые родились в условном 1996 году. Я думал, что они просто не застали все это, но это не так.

В 2005 году зашел в ТЦ на окраине Москвы и увидел там целый развал с играми для Мегадрайва на русском. А еще я читал в те годы разную аналитику по российскому консольному рынку, и по ней стабильно выходило, что сама популярная консоль в России с каким-то невероятными миллионами пользователей – именно мегадрайв. В Интернете тогда не было никаких следов существования этих людей, их явно не было среди читателей “СИ” и даже “Великого Dракона”. Ведь “Денди Новая Реальность” явно смотрели по всей стране. Даже бумажные письма в “Великий Dракон” приходили со всей страны, и по ним выходило, что геймеры из разных регионов более-менее синхронно получили представление о 8-битках, 16-битках и 32-битках.

С другой стороны, мне всегда хотелось собрать побольше информации о гейминге в девяностых, потому что я более-менее представляю себе, что происходило в Москве, Питере, Новосибирске, но даже я не помню, например, цены на игры для “Денди” в первой половине девяностых. Цифры просто в голове не отложились (плюс тогда еще была гиперинфляция). Я помню только, что игры стоили чертовски дорого, и выпросить их можно было разве что пару раз в год – на день рождения и на Новый год. Потом эти игры менялись на другие с доплатой, и на доплату еще можно было кое-как накопить. Покупать больше одной игры в месяц было нереально. Поэтому я копил коллекцию годами, брал игры поиграть у друзей, и вот это вот все.

По цифрам я помню только середину девяностых и мегадрайв. В Питере. Тогда новая пиратская игра стоила 100-200 рублей по курсу 6 рублей за доллар (до деноминации – 100-200 тысяч рублей по курсу 6 тысяч рублей за доллар). Цена при этом зависела прежде всего от объема картриджа. Там были 8-мегабитные игры, 16-мегабитные и 32-мегабитные (не путать с битностью приставки). 200 рублей как раз стоили 32-мегабитные игры, вроде Toy Story и UMK3. При этом старые потрепанные 8-мегабитные игры (вроде первого Соника) без коробочки могли стоить всего 40 рублей. Типичная крутая 16-мегабитная игра обычно стоила рублей 120. Реально дешевые пиратские игры появились только на PS One, они стоили всего по 30 рублей, потому что стоимость производства CD даже тогда была достаточно низкая. Когда рубль рухнул в конце 1998 года, они стали стоить по 90 рублей.

На самом деле, было бы очень круто собрать подобную статистику по городам и годам, чтобы была понятна общая картина.

И, конечно, хотелось бы услышать и тех, кто и почему покупал именно мегадрайв в нулевые и играл во все эти пиратские игры на русском. И особенно году в эдак 2005. Как вообще это было? Как вы узнавали об играх? Сами ли приняли решение о покупке, или это были родители? Потому что вот эта часть российской игровой культуры явно прошла мимо меня, мимо игровых медиа, мимо обсуждений в твиттере. А важно ее тоже изучить.

P.S.
Один из моих однокурсников рассказывал о том, что он и его друзья намеренно покупали детям GBA с пиратскими картриджами в конце нулевых, потому что “ребенку лучше дать какое-нибудь неубиваемое дешевое говно, а в играх он все равно не разбирается”. О таком тоже можно рассказать.

P.P.S.
Ну и о SNES тоже можно заодно. Я ведь правильно понимаю, что не было ни пиратских клонов SNES, ни пиратских картриджей даже в нулевые?