По прошествии веков уже мало кому известно, что один из самых узнаваемых символов Москвы и самой Русской православной церкви — храм Христа Спасителя, если бы был построен по первоначальному проекту, то мог бы стать не иначе как завуалированным памятником самим масонам.
Но какое же отношение имеет масонство к одному из известнейших русских храмов и почему итоговый вариант совершенно отличается от первоначального, утвержденного самим Александром Первым?
Когда войска Наполеона отступили из Москвы, 25 декабря 1812 года император Александр I подписал манифест о намерении построить собор в честь Христа Спасителя в знак благодарности за спасение России от нависшей над ней гибели и в качестве мемориала жертвам русского народа.
На международный конкурс проекта храма свои работы прислали многие виднейшие архитекторы того времени, однако император, вопреки здравому смыслу, выбрал близкого к мистицизму Александра Лаврентьевича Витберга, который к тому же ранее совершенно не проявлял себя в качестве архитектора.
Архитектурный проект Витберга, активного деятеля петербургской масонской ложи, был одобрен императором в 1817 году.
Проект внезапно почувствовавшего в себе тягу к архитектуре Витберга был крайне необычен не только по стилю, но и небывалому размаху (храм должен был стать примерно в три раза большее построенного в итоге).
Это был яркий неоклассический храм, полный масонского символизма.
Следует отметить, что символика масонов наиболее известна по «циркулю и наугольнику», однако в архитектурном плане «символическое масонство» нашедшее свое отражение во многих известных знаниях XVIII - XIX веков включает в себя великое множество символов, от столь известного «Всевидящего ока», до с виду совершенного безобидных «цветочных мотивов» (среди которых наиболее часто встречается изображение акации).
Больше 15 миллионов рублей выделенных из казны и ничуть не менее значительные пожертвования не способствовали быстрому строительству и в значительной степени были проросту разграблены.
Более того, строительные работы, начавшиеся на Воробьевых горах (самой высокой точке Москвы), вскоре вообще встали из-за неустойчивости почвы на выбранном участке.
Тем временем Александра I уже сменил на престоле его брат Николай I. Глубоко православный и патриотический, новый император не любил неоклассицизм и считал совершенно неприемлемыми масонские символы в проекте, утвержденном его предшественником.
Он поручил своему любимому архитектору Константину Андреевичу Тону (ставшему основоположником «русско-византийского стиля» православного зодчества) создать новый проект, взяв за образец Собор Святой Софии в Константинополе.
На строительство собора ушло много десятилетий и строительные леса были сняты только в 1860, однако результат превзошел даже самые смелые ожидания.
Храм Христа Спасителя стал не только памятником войнам, погибшим в войне с Наполеоном, но и одним из символов самой России.
Если Вам понравилась статья, ставьте «лайк» и присоединяйтесь к нашему каналу, чтобы не пропустить новые публикации.