Найти в Дзене
Центр "Люди"

Фронтовые байки. Бомба-история.

Дед мой во время войны был штурманом ночного бомбардировщика. Полк его базировался в Майкопе, и с местного аэродрома они совершали боевые вылеты. Экипаж подобрался, как в фильме "В бой идут одни старики", разномастный. Мой дед - армянин, с окладистой бородой, почти двух метров роста и сложенный, как античный бог. Первый пилот - кубанский казак, приземистый и коренастый, с лукавым прищуром. Второй пилот - типичный русский парень, русоволосый и курносый. И стрелок-радист - украинец, круглолицый, с ямочками на щеках и приятным густым басом. Тот самый памятный вылет ничем не отличался от десятков предыдущих. По началу. Они долетели до места бомбардировки, отбомбились, удачно ушли из-под обстрела и развернулись, чтобы лететь домой. И тут пилот заметил, что нет сигнала от приборов, что все бомбы ушли вниз. Стали разбираться и к ужасу своему увидели, что одна бомба зацепилась за шасси. Пока самолёт в воздухе, это не опасно, но сесть они не смогут - взорвутся. Пилоты предприняли все возможно
История эта досталась мне в наследство от деда - Мирзояна Александра Сергеевича. Звучала она бесчисленное количество раз и однажды была даже напечатана в газете. Но дед был настолько блестящим рассказчиком, что слушали мы всегда затаив дыхание. Итак...
История эта досталась мне в наследство от деда - Мирзояна Александра Сергеевича. Звучала она бесчисленное количество раз и однажды была даже напечатана в газете. Но дед был настолько блестящим рассказчиком, что слушали мы всегда затаив дыхание. Итак...

Дед мой во время войны был штурманом ночного бомбардировщика. Полк его базировался в Майкопе, и с местного аэродрома они совершали боевые вылеты.

Экипаж подобрался, как в фильме "В бой идут одни старики", разномастный. Мой дед - армянин, с окладистой бородой, почти двух метров роста и сложенный, как античный бог. Первый пилот - кубанский казак, приземистый и коренастый, с лукавым прищуром. Второй пилот - типичный русский парень, русоволосый и курносый. И стрелок-радист - украинец, круглолицый, с ямочками на щеках и приятным густым басом.

Тот самый памятный вылет ничем не отличался от десятков предыдущих. По началу. Они долетели до места бомбардировки, отбомбились, удачно ушли из-под обстрела и развернулись, чтобы лететь домой. И тут пилот заметил, что нет сигнала от приборов, что все бомбы ушли вниз. Стали разбираться и к ужасу своему увидели, что одна бомба зацепилась за шасси. Пока самолёт в воздухе, это не опасно, но сесть они не смогут - взорвутся.

Пилоты предприняли все возможное, чтобы избавиться от опасного груза. Заложили несколько виражей, сбросили и снова набрали скорость. Толку никакого - висит. Стало понятно, что возвращаться на аэродром нельзя. Нужно лететь к линии фронта и там погибнуть, нанеся максимальный ущерб врагу.

Так и сделали. Пару минут летели молча. Каждый думал о своём, прощался с близкими, вспоминал родных. Дед, который только познакомился с моей бабушкой и имел серьёзные намерения создать семью, не выдержал молчания - горячая кавказская кровь своё взяла. Он сочно выругался по-армянски (в этот момент рассказа мама всегда выходила в кухню, а бабушка краснела) и со всей силы врезал кулаком по переборке... Бомба сорвалась и полетела к земле...

Все они дожили до победы и оставались друзьями всю жизнь. Собирались в День Победы и вспоминали, вспоминали... А теперь я вспоминаю их. С бесконечным восхищением и благодарностью.

Спасибо им и мира всем нам!