В нашей редакции бывают удивительные люди с удивительными историями. На днях познакомился с Владимиром Севриновским и "выморозкой судов" – уникальной мужской работой. Во время трескучих морозов под вмерзшие в реку суда пробираются, пробиваются, проникают суровые русские мужчины: орудуя кайлом (и где-то бензопилой), делают многометровые тоннели, освобождая суда для ремонта.
Готовя текст для печати в National Geographic Russia, Севриновский был в Якутии и сам наблюдал "выморозку". Он рассказал: "Ленское пароходство вмораживает осенью суда в лед и нанимает работников, которые вырезают под днищем кораблей многометровые тоннели, чтобы сделать ремонт или заменить винт".
Большой текст Владимира можно будет прочитать в одном из номеров журнала, а я, пока разбирался в теме, списался с Олегом Романовым из Якутска (ему 36 лет), который три года работал «выморозчиком» на реке Лене. Вот, что он рассказал:
"Нам платят за лед"
«Платят нам за количество льда, которое мы вытащим. За одно судно получается тысяч 30-50. Но на это самое судно может уйти и два месяца работы. Переходим от одного к другому, ждем когда промерзнет лед.
Наша работа заключается вот в чем: иногда, чтобы добраться до каких-нибудь винтов, нужно уйти под реку метра на три с лишним. Между тем, бывает, что промерз лед только, скажем, сантиметров на пятьдесят, а дальше – вода! Мы делаем как – выбираем, выдалбливаем сначала небольшой фрагмент, ждем (можно ждать день) пока река промерзнет глубже, долбим ниже. В итоге, оказываемся у винтов с которыми можно работать. Оп! Снимаем винты, отправляем в ремонтный цех, там ими занимаются спецы.
Зимовку судов в реке у нас называют отстоем. В Якутии можно услышать: "я работаю в отстое". Это нормально, даже хорошо!
"Все сидят по домам, греются, а у нас самая работа в -50 мороза"
Начинаем около восьми утра, кончаем часов в шесть. Работа тяжелая. Все по домам сидят, греются, а у нас самая пахота при -50 градусах мороза. Но я привык уже. Жена говорит: давай в Москву попробуем? А что я там забыл? За прошлый сезон выморозки потерял 20 килограмм. Я моряк, механик. Когда навигации нет, что мне делать? Работал водителем грузовика, но это мне не по душе, да и получал всего 20-25 тысяч за месяц. Поэтому я сейчас тут, рядом с судами, так мне спокойнее, да и денег больше. Тяжело? Нормально. Но когда кто-то говорит: «У меня работа тяжелая, я чуть улыбаюсь, конечно».
Фото: Владимир Севриновский.
Zorkinadventures. Мужские истории. Рассказы о вещах, удивительных местах и героях. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить свежие публикации!