Это история Руфь. Ее история достаточно печальная, так как она о том, как ее родители незадолго развелись. Родители Руфи были женаты 20 лет и, по крайней мере в ее глазах, неизменно казались безукоризненной парой. Они были достаточно различными, это правда, но ей казалось, что это тот типичный случай, когда двое людей дополняют друг друга, как ломтики пазла. Ее отец - крупный и тихий, неизменно готовый подарить человеку добродушную улыбку. Мама - его полная противоположность: человек-фейерверк. Она неизменно что-то говорит либо делает, громко хохочет и спорит с окружающими. Так что же у них всеобщего? РУФЬ. Она была исключительным ребенком, и они ее обожали. Через какое-то время позже ее 15-летия родители Руфи сказали, что им надобно с ней побеседовать. Она ненавидела все эти «Нам необходимо побеседовать» и сразу начала нервничать. Предчувствие ее не одурачило, так как скоро она услышала фразу, которой опасается весь ребенок: «Мы решили, что нам необходимо развестись. Ты теснее взрослая, и мы верим, что ты осознаешь». Ну, она повела себя абсолютно тактично и ни слова не спросила о произошедшем. Но одна вещь тревожила ее огромнее каждого на свете. Как так вышло, что она не подметила, что родители перестали ладить? Непредвиденно их жизнь превратилась в чистилище. Они начали бракоразводный процесс как два цивилизованных человека и продолжали в том же духе, когда делили имущество... пока не дошло до самого ценного - дочке. Всякий из родителей хотел, дабы Руфь жила именно с ним, и всякий был намерен стоять на своем. «Мама? Отец? Я человек, а не вещь! Может, вы спросите, чего хочу я?» - думала Руфь. Она неизменно знала, что ей придется повзрослеть, но не думала, что это произойдет так скоро. Они все еще жили втроем, но милый домашний комфорт исчез невозвратно. Руфь подметила одно метаморфоза, которое дюже ее волновало. Мама пыталась любым методом добиться ее привязанности. Она начала приобретать ей дорогие вещи, ходила с ней в спа и рестораны и вообще начала вести себя огромнее как лучшая подруга, а не мама. Это было мило, но Руфи было не по себе. Дрянней каждого то, что, когда они были одни, мама неизменно пыталась уговорить Руфь, что ее папа слабохарактерный либо слишком занят, дабы уделять ей внимание, и говорила много других неприятных пророческой. В то же время ее папа вел себя так, словно теснее проиграл: непрерывно грустил, ужинал в одиночестве и начал глядеть на дочка как побитая собака. Прямо перед заседанием суда Руфь нечаянно подслушала дюже больной разговор родителей. Ее мама сказала: «Если ты заявишь, что у тебя нет вероятности заботиться о Руфи, я позволю тебе вольно встречаться с ней в всякое время; если нет - я обвиню тебя в безжалостном обращении и сделаю все, дабы ограничить ваши встречи. Делай, как я говорю, так как ты знаешь, что она все равно предпочтет меня!» Руфь словно молнией стукнуло. У нее сразу открылись глаза на то, каким манипулятором была ее мама. Данный шантаж был жуток! Она слышала, как отец сдался, только дабы иметь вероятность с ней видеться. Девчонка была ошеломлена, и решение пришло само собой. На дальнейший день, ко общему изумлению, она заявила, что хочет остаться жить с отцом. Ее мама выглядела так, словно ей дали пощечину, а папа разрыдался на глазах у всех. Руфь осталась жить с отцом, и, когда мама ушла, она ощутила нестерпимую печаль. Когда их «дружба» закончилась, мама изредка звонила Руфи, дабы сказать ей, какая она неблагодарная предательница. Руфь не знала, что ей ответить. Правда и была уверена, что не сделала ничего плохого. В то же время ее папа был безусловно радостен, неизменно заботился, спрашивал ее суждение и дарил милые презенты. У нее было много воли, что дюже комфортно для 15-летней девушки. Руфь захотела пойти на музыкальный фестиваль на всю ночь, и на данный раз папа твердо заявил, что не отпустит ее, так как она еще слишком крошечная. Она кричала и ревела, но он сказал, что это не обсуждается. Руфь отчаянно хотела пойти и непредвиденно крикнула: «Знаешь что? Если ты меня не отпустишь, я позвоню маме и попрошу разрешения жить у нее!» На лицо ее папы сразу возвратилось выражение побитой собаки; он примитивно сказал: «Отлично. Делай что пожелаешь» - и безмолвно вышел из комнаты. Руфь стояла и не могла уверовать в то, что дозволила себе такое. Ей было невообразимо совестно! В данный момент Руфь поняла, сколько маминых черт она унаследовала. Ей было присуще то самое бесстыжее манипулирование, за которое она ненавидела маму. Но скоро девчонка поняла и то, что сейчас отменнее понимает маму: она манипулировала Руфью и шантажировала папы, так как была в отчаянии, и у нее на это были гораздо больше важные поводы, чем подростковые прихоти ее дочке.