У этого суеверия сложное происхождение, связанное с переносом свойств предмета на его обладателя. В языческом сознании славян вещь и ее хозяин были тесно связаны друг с другом. Существовало поверие, что колдун может сделать с человеком все, что ему угодно, если в его руки попадает вещь, принадлежащая этому человеку. Посуда и столовые приборы были неким сакральным способом связаны с человеком, с его здоровьем, его судьбой.
Падение ножа предрекало нападение
Тарелки, бочки, кувшины, котлы, ковши, братины, подносы, решето, и наконец, ложки и ножи были связаны в метафорическом сознании древнего славянина с человеком – об этом пишет филолог из Томска Марина Владимировна Грекова («Образы посуда в русской метафорической картине мира»).
При этом все полые предметы ассоциировались с женщинами, а вытянутые – с мужчинами. Это касалось и столовых приборов – ножей и ложек: нож из века в век был оружием мужчины-воина, имел фаллический символ и в ритуалах часто заменял меч, а ложка ассоциировалась с женщиной, с ее лоном, с домашним очагом.
Скорее всего, сначала суеверие касалось только ножа – его падение со стола или из рук неуклюжей хозяйки на пол связывали с опасностью, с неким воздействием этого казалось бы пустячного происшествия на судьбу семьи и дома. Поскольку нож символизировал собой меч, который мог было только у князя, дружинника или врага-кочевника, возникло суеверие, что в дом может пожаловать гость мужского пола. Вспомните, сколько негативных эмоций в русском языке связано со словом «гость»: «непрошеный гость», «незваный гость хуже татарина». Этимологический словарь Л. В. Успенского говорит о том, что это древнее индоевропейское слово прежде обозначало «чужак», «возможный враг», и осталось в его истинном значении в латинском языке: hostis – враг, чужой.
Есть версия, что славяне-язычники, считавшие, что мир вокруг них населен некими сверхъестественными существами, считали, что падением ножа со стола духи, обитающие в доме, предупреждают их о скором нападении врагов.
Ложка сулила зло
То же самое касалось и ложки, но поскольку с ложкой были связаны прежде всего «женские» ассоциации, то методом исключения стали считать, что если падает ложка, то прийти должна уже гостья, а не гость. Возможно, что изначально гостья тоже не была доброй, а могла приносить дурные вести, болезни и зло.
Вилка – недавняя гостья на Руси
Что же касается вилки, то она как столовый прибор на Руси появилась не так давно – примерно в XIII – XIV веках. Самая древняя вилка найдена при раскопках в Великом Новгороде и датируется серединой XIV века – это время, когда на Руси уже распространилось православие. Возможно, вилка прибыла на Русь из Византии, вместе в первыми священниками и монахами.
При дворе Алексея Михайловича в обязательном порядке стол сервировали ножами, ложками и вилками, а император Петр Великий ездил по Европе, имея при себе отделанный зеленым камнем личный столовый прибор из вилки, ложки и ножа – очевидно, не во всех европейских домах стол сервировали по всем правилам.
Изначально вилка имела всего два зубца и называлась «вилицами» – в домах побогаче или «рогаткой», «рогатинкой» – в крестьянской среде; слово «вилка» вошло в обиход только в XVII веке.
И «рогатинка» и «вилицы» в христианстве могли ассоциироваться только с нечистью – то есть с ведьмой или с чертом. Возможно, женское начало в этом суеверии появилось как исключение: нож был связан только с мужчиной, значит, все остальное могло быть частью женского начала. Возможно, на перенос оказало влияние и родовое значение самого слова «рогатина», которое было женского рода.
Вообще поверья, связанные с вилками, на Руси являются поздним домыслом уже существующих суеверий – в пользу этого говорит необыкновенно большое количество суеверий, связанных с ножом, как с более древним орудием человека и крайне малое количество суеверий, связанных с вилками.