Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Владимир Холодок

ДОКТОР-АКТИВИСТ

ДОКТОР-АКТИВИСТ Из стен медицинского института Виктор Смешуйко вышел никудышным спортсменом, потому что все свое время отдавал медицине. По этой же причине он не научился петь, танцевать и обожать оперу. С таким багажом «дурных» привычек Виктор и приехал по распределению. На утренней линейке главврач пробасил: - Нужны певцы для сводного хора больницы. Кто желает? Все молчали. - Ну, ничего, - продолжал главврач, - к нам приехало молодое, здоровое пополнение. Смешуйко! Надо бы попеть вам в хоре. - Да я больше в морге привык. Все-таки на вскрытиях специализируюсь, поэтому и голос отсутствует. - Ничего, вы молодой, здоровый. Вам петь и петь. И учтите, на курсы специализации мы посылаем только активистов-общественников. В общем, записываю. Виктору хотелось повысить свое профессиональное мастерство на курсах, поэтому он промолчал. В хоре разучивали песню «Все, что в жизни есть у меня»… Смешуйко стоял в группе «Всё» и кричал: «Всё! Всё! Всё!». Дальше подхватывал запевала: «… что в жизни ес

ДОКТОР-АКТИВИСТ

Из стен медицинского института Виктор Смешуйко вышел никудышным спортсменом, потому что все свое время отдавал медицине. По этой же причине он не научился петь, танцевать и обожать оперу.

С таким багажом «дурных» привычек Виктор и приехал по распределению. На утренней линейке главврач пробасил:

- Нужны певцы для сводного хора больницы. Кто желает?

Все молчали.

- Ну, ничего, - продолжал главврач, - к нам приехало молодое, здоровое пополнение. Смешуйко! Надо бы попеть вам в хоре.

- Да я больше в морге привык. Все-таки на вскрытиях специализируюсь, поэтому и голос отсутствует.

- Ничего, вы молодой, здоровый. Вам петь и петь. И учтите, на курсы специализации мы посылаем только активистов-общественников. В общем, записываю.

Виктору хотелось повысить свое профессиональное мастерство на курсах, поэтому он промолчал.

В хоре разучивали песню «Все, что в жизни есть у меня»… Смешуйко стоял в группе «Всё» и кричал: «Всё! Всё! Всё!». Дальше подхватывал запевала: «… что в жизни есть у меня»… Потом снова кричала группа: «Это всё, это всё – ты! Ты! Ты!».

На очередном вскрытии Виктор ассистировал. Неожиданно для себя он вдруг громко крикнул: «Всё! Всё! Всё!».

Старший патологоанатом спокойно ответил: «Да где там – всё! Даже до прямой кишки не добрались».

На одной из утренних линеек главврач задорно объявил:

- Во вторую палату накапало. Надо бы с крыши снег убрать. Кто у нас молодой, поющий, задорный и здоровый?

Все крикнули:

- Смешуйко!

- Правильно, коллеги. Но не только он. Все молодые врачи сегодня будут трудиться на свежем воздухе нашей крыши. Лопаты получите у завхоза. Кстати, как по-латыни «лопатка», скапуля или клявикуля?

- ПехлО, - ответил Смешуйко и добавил, - я сегодня в туфлях пришел. Может, дворник вместо меня поработает?

- А на специализацию тоже дворника направим? - отшутился главврач.

Линейки были веселыми. То набирали хоккейную команду для игры с молотобойным заводом, то посылали с лекциями в клуб служебного овцеводства. Смешуйко был безотказным членом всех обществ, концертов, хозработ и других мероприятий.

Но вот наступил долгожданный день, когда патологоанатома В. Смешуйко, автивиста и общественника, отправили на специализацию. На первом же занятии он понял, что отстал от медицины на много лет. Он видел, как специалисты делают изящные вскрытия и точные заключения и грешным делом подумал: «Не наверстать. Придется переходить в терапевты». Однако взял себя в руки и пошел к завхозу курсов. Тот выслушал Виктора, похлопал его по плечу и выдал молодому специалисту из чулана роскошную метлу:

- Нам такие люди во-как нужны.

Со специализации Смешуйко привез Диплом первой степени со смотра художественной самодеятельности, именную метлу и свидетельство об окончании курсов с круглыми пятерками.