Моя Беларусь ! часть первая !
В путь.
Не в первый раз покидая родной край, словно убегая от самого себя, я уезжал в новое и незнакомое для себя место, на этот раз Беларусь. Мысли: зачем, для чего я это делаю и почему еду именно туда в голове были спутаны. Конечно, формальный повод в виде болей в спине у меня был, но на поверку он не выдерживал никакой критики. Словно какое-то проведение, сама вселенная подтолкнула меня к этому шагу.
Погрузившись в «дорожный лайнер», выпустивший на прощание залп выхлопных газов в питерский и без того уже не самый свежий воздух, я отправился в свое очередное небольшое странствие, лечить не то спину, не то душу.
Путь между Петербургом и Минском ничем примечательным в памяти не отложился. Начало пути пролегало по знакомым местам, а потом автобус погрузился во тьму, в которой ничего не было видно, а я в дрему.
Оказавшись в Минске по окончании не особо длительной, но показавшейся бесконечной поездки, по причине невозможности нормально спать в автобусных креслах, осмотрелся, пытаясь сходу оценить куда я попал. К сожалению, любоваться местными красотами я не мог, поскольку время на дорогу у меня было ограничено и Минск не являлся конечной точкой моего пути. Пересаживаясь в другой, не менее «комфортабельный» автобус, еду дальше. Хорошо, что ехать теперь приходилось днем и в этих пыточных приспособлениях, под названием кресла, спать уже необходимости не было. Да и виды, открывавшиеся за окном, для меня были все новы и нередко необычны.
При проезде через Минск не покидало ощущение его сходства с двумя крупнейшими городами России: Москвой и Санкт-Петербургом. За исключением повсеместного строительства дорог и транспортных развязок первой и царственной помпезности второго. А также милых, выглядящих забавными, провинциальных элементов, таких как частных домиков, беспорядочно натыканных сразу возле выхода из метрополитена. Вообще, ему скорее присуще винтажность, особенно подчеркиваемая основной частью автомобилей, сделанной на рубеже веков, курсирующей по его улицам.
Автобус пересёк границу города, набрал бодрый ход и с удвоенной силой понес меня к следующей точке моего пути – Гродно. На этом этапе путешествия Беларусь предстала перед мной страной с бескрайними полями, раскинувшимися вдоль дорог, засеянными сельхоз культурами и коровами на свободном выпасе на окраинах Минска. В глаза бросалось малое количество автомобилей. Контраст с пыльными мегаполисами России, переполненными этими железными повозками, на лицо. Оставалось впечатление благообразности, размеренности и какого-то убаюкивающего спокойствия.
Скрипнувшие тормоза оповестили меня о прибытии к конечной точке, к конечной точке маршрута этого автобуса, но не моего пути. Моя конечная была еще впереди. За окном город Гродно. Сразу видна близость Евросоюза. Город, опять же по меркам России, небольшой, можно сказать провинциальный. Но все что нужно для развитой и культурной жизни есть: супермаркеты, заполненные неотъемлемыми атрибутами современной жизни, религиозные центры всевозможных конфессий, кинотеатры, клубы, театр и даже зоопарк. Смотрю на часы: действие моей путевки началось несколько часов тому назад. Поэтому безотлагательно пересаживаюсь в очередной автобус и мчусь дальше. Гродно по возможности осмотрю позднее. На фоне предыдущего пути, последние сорок минут, в уже третьем по счету автобусе, показались мгновением.
Рекогносцировка.
У каждого проходит отдых по-разному. Кто-то предпочитает активный отдых, кто-то наоборот, предпочитает двигаться на отдыхе как можно меньше. Мне же предстояло отдыхать от моего типичного отдыха.
Наконец, вот она конечная точка моего пути – санаторий «Поречье». Наконец моего, а не какого-то автобуса. Особой радости не испытываю, поскольку понимания зачем и почему я сюда приехал все еще нет. Хитрая вселенная не позволяет разгадывать свои загадки так быстро. Есть только удовлетворение от окончания проделанного пути.
Заселение в номер, первоначальное знакомство с предстоящей программой лечения проходит легко и без вопросов. Единственное лишь, информация, полученная у терапевта, в уставшем от дороги мозгу откладывается частично и обрывками.
Последующий осмотр местности позволяет понять, что санаторий расположен недалеко от озера с зеленовато-мутной водой, вероятно по этой причине носящее название «Молочное», в небольшом, ухоженном поселке с одноименным санаторию названием «Поречье».
Первый день пребывания в санатории подошел к концу. Место симпатичное. Природа красивая, жаль не без прелестей цивилизации. Сервис не превысивший ожиданий, но в общем удовлетворительный. Вопросы без ответа.
Второй день преподносит сюрприз: на этой фабрике здоровья утреннюю пищу принимают только ранние пташки. Куда я приехал: лечиться, отдыхать или работать? В последствии разочарование от данного факта будет забыто, поскольку желание просыпаться как можно раньше появиться само собой, чтобы скорее увидеть глаза, прикасаться к нежной коже… , впрочем, об этом потом.
Размеренная жизнь санатория убаюкивала меня. Отсутствие каких-либо знакомых, а значит и возможности общения, а также уже довольно длительное одиночество в Петербурге и даже в номере, куда меня посели, подстегивало мою коммуникабельность. Я стал искать возможность для ее выхода.
Знакомство.
Почему люди совершают какие-либо поступки, меняющие их жизнь, знать не кому не дано. Кто-то верит во всевышнего, кто-то в судьбу, а мне, как человеку, абсолютно нейтрально относящемуся к религии и различным суевериям, нравиться метафизическая идея вселенной. Одновременно чего-то конкретного и абстрактного направляющего, наказывающего и поощряющего человека на его жизненном пути. Такой своеобразный бог для людей, верящих в силу науки.
Вот так и в этот раз, что и почему в последний момент заставило меня поменять уже выбранную процедуру, я не знаю. Факт лишь в том, что это, казалось бы, незначительное изменение кардинально поменяло дальнейшее развитие событий. И сколь глубоко мне не понятно до сих пор. Череда случайностей, я сказал бы даже чего-то необычного на этом не закончилась. Медсестра, выглядевшая до этого апатичной и казалось с некоторым равнодушием наблюдавшая за происходящим вокруг нее, выступила в роли коммуникатора, по сути чуть ли не принудительно сведя меня с девушкой лежавшей в одном кабинете со мной за ширмой. Что она сделала в тот момент по отношению ко мне: зло или добро осталось в списке вопросов без ответов. Впрочем, я снова забегаю вперед.
Живые глаза, задорная улыбка, непринужденность общения и какая-то детская непосредственность моей новой знакомой в момент тронули струнки души, которые давно уже огрубели и как мне до этого казалось превратились в нерушимый монолит. Звали ее также, как и меня – Саша.
Потом я познакомился с остальными членами этой эстрогенной группировки. Ее старшая сестра Таня – рассудительность, жизненный опыт и совесть. Еще одна Саша. Девушка двадцати одного году от роду – наивность и напускная серьезность. В общем, коллектив подобрался очень интересный и жизнеспособный. Единственное представлявший из себя по большому счету «рака, лебедя и щуку». Но на то он и эстроген. И собственно, вероятно, чтобы уравновесить эту нестабильную структуру появился я, человек с преобладание в организме другого гормона. С этого момента моя реабилитация пошла весело, иногда с переживаниями, но главное без малейшего налета нафталинового занудства санатория.
Реабилитация.
Человек существо социальное, поэтому общение с себе подобными зачастую ему необходимо не меньше чем воздух, вода или пища. Общение же с молодыми представителями твоего вида противоположного пола вовсе имеет терапевтический эффект. И тут я собственно исключением не являюсь.
Процедуры, как собственно и всё лечение у меня отошло на второй план. В конце концов явно не за этим я туда приехал. Благо вся эта процедурная чепуха занимала в основном только утренние часы. Поэтому остальное время можно было потратить на что-то по-настоящему интересное.
Выступать в качестве генератора идей и локомотива нашей свежесформованной компании было не самой простой задачей. Девушки зачастую не могли договориться не только между собой, но и определиться в своих собственных желаниях. Но сказать, что это было безынтересно, значит нагло соврать. Самой легкой на подъем была Таня. Имея союзника по сути в любых своих начинаниях, вливать идеи в коллектив стало проще. Наиболее неспособной определиться была самая молодая Саша. Как выяснилось позднее жизнь девушки проходила в вакууме учебы, домашнего быта и маминой опеки. Самой тяжёлой на подъем была Саша, собственно из-за которой нахождение в этом коллективе обретало для меня смысл. Постоянное желание поспать часик другой породило у меня ассоциативный ряд с кошкой, млеющей на подоконнике в лучиках летнего солнца. Правда расшевеленная, мне лично, она доставляла массу положительных эмоции.
Малыш, когда ты танцуешь, ты меня волнуешь.
И погруженный в свое сознание,
Я буду в мыслях своих бродить.
Пускай такое мое состояние
Врага в тебе не станет будить.
Все в этот мир мы приходим нагими,
Потом стремимся здесь быть не одни,
Но лишь тогда остаемся самими,
Когда в себя уходим самих.
Оставаясь вечером в одиночестве начинаешь размышлять о пережитом в течение дня, будущем и пытаться ответить самому себе на волнующие вопросы. Вот и тогда я лежал на кровати, устремив взгляд в потолок, размышляя над тем, что может быть эта симпатия и является ответом на мой вопрос вселенной.
Если копнуть в глубину истории моей жизни, по пути всковырнув незарубцевавшиеся душевные раны, можно обнаружить человека. Наверное, единственного человека в моей жизни, которого я по-настоящему любил. Образ этого человека, после определенных событий, я старательно вытравливал из своей памяти. А как известно старательное удаление чего-то сильно въевшегося, делает объект чистки огрубевшим. Также произошло с моим разумом, моей душой. Но тут появилась она, внесшая смысл в мое существование на короткий период в десять дней. Похоже ли она на ту старательно стертую из памяти? Ни в коем разе! Вот только заставила она меня почувствовать нечто давно забытое, казалось, уже безвозвратно утраченное.
Дремлет за горой мрачный замок мой.
Не стоит когда-либо идти на поводу у обстоятельств. Пусть лучше обстоятельства подстраиваются под твои желания.
Все когда-то подходит к своему логическому концу. Вот и в моем случае за приятным времяпрепровождением незаметно пролетели восемь дней отведенные мне на пребывание в санатории путевкой. Но человеческой натуре не свойственно мириться с положением дел. И я, словно приговоренный преступник, взводимый на эшафот, стал цепляться за возможность остаться среди живых, в моем случае отдыхающих. Так как у девчонок по путевкам оставалось еще три дня, мной было принято решение во чтобы то ни стало остаться еще на три дня тоже. В «родном» санатории мне помочь ничем не смогли. «Фабрика здоровья» работала без сбоев и пробелов в графике, поэтому выделить мне на три дня какой-либо номер они просто были не в состоянии. На самом деле в тот момент я готов был, наверное, согласиться на комфортабельный номер люкс – палатку. Очень уж я не хотел с ней расставаться. И случай, или кто там уже все это делает я не знаю, помог мне вновь. Прогуливаясь в предпоследний день по берегу озера, мы наткнулись на объявление, висевшее на заборе, на первый взгляд не то заброшенного, не то замороженного, еще одного санатория. Объявление гласило, что тут можно арендовать номер. Глядя на безжизненное здание, написанное в объявлении доверия, не вызывало. Но чем черт не шутит? Да и вариантов более у меня не было. На следующий день, взяв у девчонок телефон, местной сим-картой я не обзаводился, позвонил по указанному в объявлении телефону. Из каких-то неуверенных ответов, словно удивленного человека, что ему кто-то позвонил, я узнал, что номера действительно сдаются и стать арендатором можно хоть сейчас. Остальное, в отличие от моих спутниц, меня не интересовало.
Санаторий оказался после ремонта и, как мне было сообщено представителем администрации, не успел еще раскрутиться. В связи с этим в первый день, а точнее ночь, своего пребывания в нем я был единственным постояльцем. Поселили меня почему-то на третьем этаже, в номере с видом на сад и парадный вход, прелесть которого я смог оценить следующим утром. Ударив по рукам, точнее отдав свой паспорт для оформления документов, а взамен получив ключ от номера, я стал обитателем «замка за горой» под названием «Свитанок». В номере, как, впрочем, и во всем «Свитанке» не было горячей воды. Холодильник отсутствовал тоже. Из еды был только кофейный аппарат в холе. Но мне было плевать. Все равно я намеревался там только спать. А главное я осуществил свое желание.
Засидевшись у девчонок до поздна в этот день, меня очень «порадовал» антураж выбранного мной пути к «замку», достойный пера сценариста молодежных фильмов ужасов: костел, грузно возвышающийся на окраине леса, кладбище, моргающее путнику огоньками свечей и лес с тенями, прячущимися от света фонарика на телефоне за кусты и деревья. Вишенкой на торте выступала бледная луна, мрачно поблескивавшая на одинокого путника. А саундтреком шла какая-то птица, издававшая странные и жутковатые звуки.
Так я и проводил последние три дня: днем на нелегальном положение, ощущая себя то Костей Инночкиным, то бездомным котом, подкармливаемый сердобольными мадам, в «Поречье», а ночью шел в «Свитанок».
В последнюю ночь «наевшись» антуража кладбища и ночного леса, я решил пойти в обход, через жилой массив. Но словно какой-то черт начал меня крутить по незнакомой местности. Пройдя средь домов и повернув, как мне казалось в правильном направлении, моему взгляду предстали до боли знакомые очертания. Подойдя ближе, я обомлел. Я снова вышел к кладбищу. Послав куда подальше всю нечистую силу, заведшую меня сюда, я развернулся и пошел прочь от этого неприятного мне места в надежде найти правильный путь. Пройдя еще дальше, я вновь повернул, будучи уверен, что теперь то иду правильно. Какого хрена?! Этот вопрос пронзил мой разум, когда я вновь увидел это чертово, словно манившее меня, кладбище. Поняв, что блуждать я так могу долго, а нервы мой крепче чем терпение, вставил наушники в уши, включил «Сплин» и направился пускай и неприятным, но знакомым мне путем вдоль кладбища с его мерцающими в ночи свечами и через лес с пугливыми тенями, в свой «дремлющий замок». Следующий день должен был стать последним с ней, одновременно самым длинным и самым коротким днём
