На широте Норильска в ноябре наступает настоящая зима — морозы -30°С и ниже, ветра, пурги, Полярная ночь. Конечно, бывает что мороз спадает, но обычно это сопровождается таким ветром и метелью, что непонятно что лучше — -40°С и тишина, или -10°С и ветер 20 метров в секунду.
Однажды в один из холодных ноябрьских вечеров, Владик, возвращаясь из магазина, куда отправили его родители, случайно зацепился взглядом за застекленный балкон своего одноклассника. Идея пришла как озарение — Владик достал из сумки упаковку яиц, взял одно, и тщательно прицелившись, метнул его в застекленный балкон одноклассника — благо добросить до 2 этажа хватило бы сил и у малыша.
С громким «шмяк» яйцо встретилось с балконным стеклом, скорлупа разлетелась, а содержимое растеклось от удара по стеклу большим неровным, тут же замерзшим мутным пятном. Яйцо на стекле выглядело так забавно, что Владик, наблюдая за ним, пропустил момент, когда в окошке одноклассника загорелся свет и показалась неясная фигура. Его заметили — фигура в окошке угрожающе махала рукой, и наверное что-то кричала. Владик поспешил ретироваться, надеясь, что неверный свет электрических фонарей и полупрозрачные морозные разводы, тут и там видневшиеся на балконных стеклах, помешали идентифицировать его тому, кто ругался в окне. Придя домой, Владик сдал покупки на кухню, переоделся, его взгляд скользнул по лежавшей на столе уже неделю книжке, рассказывавшей о жизни белых медведей, и вдруг ему стало так интересно, что он тут же забыл обо всем остальном.
В это время я стоял дома перед родителями, и теряясь в догадках, выслушивал лекцию о том, что бросание яиц в окна ни в чем неповинных людей, поступок недостойный советского школьника, бросающий тень, и прочее, и прочее. В завершение проповеди, родители сказали, чтобы я пригласил Владика на мытье балконного стекла, и показали мне мутную плюху с ошметками вмерзшей скорлупы.
Владьке я конечно родительское пожелание передал, причем со злорадным удовольствием, так как мне тоже была обещано участие в помывке окна. Правда, очистка пока откладывалась на неопределенный срок, так как за окном по-прежнему свирепствовали морозы, и ближайшее потепление, согласно многолетним погодным наблюдениям, ожидалось через полгода, не раньше.
Постепенно родительский гнев конечно утих, и Владька, на время забывший дорогу к нам домой дабы избежать встречи с родителями, осмелев начал заявляться ко мне в гости — сначала в их отсутствие, а позже и при них. Гнев утих, но память осталась — мама и весной еще напоминала ему при встрече, что скоро потеплеет настолько, что ему уже пора готовить тряпку и порошок, чтобы мыть балконные стекла.
Потом, когда весна и вправду принесла тепло, мама конечно вымыла окна сама, а мы с тех пор старались избегать столь радикальных шалостей.
Спасибо дочитавшим, ставьте лайки, делитесь с друзьями и не забывайте подписаться!