Он приезжал к ней раз в месяц, изредка два. Всегда стандартный набор в руках: букет ромашек, маленький чемоданчик, папка.
Лифт в этом доме был существом капризным, а он мужчиной спортивным. Пять этажей пешком, это лучше, чем час ожидания пока тебя освободят.
1 этаж.
- Ты смотри, опять Нинкин хахаль явился, - ехидно хихикала баба Маня, смотрящая в окно.
2 этаж.
" И что он в этой серой мышке нашёл?" - думала блондинка, ведя пуделя на прогулку.
3 этаж.
- Кобелина проклятый, чтоб он у тебя отсох козёл, - бурчала ему вслед Ленка, выгнавшая год назад мужа за измену.
4 этаж.
" Ну и сука же эта Нинка", - думал Пётр, давно подбивающий к ней клинья.
5 этаж.
- Здравствуйте, Нина.
- Здравствуйте, Иван Борисович, мы вас давно ждём.
- Ну как она себя чувствует?
- Ой, вы знаете, в этом месяце приступов было очень мало. Всё благодаря вашим рекомендациям.
- Ну-ну, моей заслуги здесь мало. Пойдёмте, я хочу видеть даму моего сердца.
Девочка, лет десяти, полусидела обложенная подушками, во рту у неё была кисть. Увидев входящего Ивана Борисовича она улыбнулась и опустила кисть на мольберт.
- Катенька, здравствуй.
Девочка широко улыбнулась, и промычала в ответ.
- Это тебе, - произнес он, ставя букет ромашек в вазу.
- Знаю, ты это не любишь, но надо милая, надо, - говорил он, подключая к голове девочки прибор.
- Иван Борисович, не знаю как вас и благодарить. - стоя в прихожей говорила Нина, - Вы так много делаете для нас.
- Что вы, Нина, какие благодарности. Это вам надо низко поклониться в ноги, за ваш колоссальный труд. Благодаря вам Катя прожила самые трудные для неё десять лет.
- Спасибо вам, Иван Борисович. За всё спасибо, - говорила Нина закрывая за ним дверь.
Этажи понимания ещё долго будут обсуждать то, чего не было.