С небес, закрытых пеленою, устало ночью льёт земною жемчужно-сумеречный свет задумчиво-печальных лет. Белея пенною волною, молчаньем сад заворожён, и нежен трепетной душою, как облак в вечном небе, он. Нет ветра, птиц не слышно боле, и, горним светом напоён, печалью сбывшихся времён мерцает, дышит мир на воле. Свеченью тишины нетленной я покоряюсь, – как во сне! – как будто звёздами Вселенной дышу в распахнутом окне.
С небес, закрытых пеленою,
устало ночью льёт земною
жемчужно-сумеречный свет
задумчиво-печальных лет.
Белея пенною волною,
молчаньем сад заворожён,
и нежен трепетной душою,
как облак в вечном небе, он.
Нет ветра, птиц не слышно боле,
и, горним светом напоён,
печалью сбывшихся времён
мерцает, дышит мир на воле.
Свеченью тишины нетленной
я покоряюсь, – как во сне! –
как будто звёздами Вселенной
дышу в распахнутом окне.